Так сошлись звезды, что вот уже с неделю в Эстонии активно обсуждают вопросы, связанные с образованием. Началось все с частного случая вице-мэра, закончилось же пока принятием нового закона об основной школе и гимназии.
Между этими двумя темами был и рассказ о попытке защитить безумный по глупости диплом, даже три диплома, и о деградации эстонских школ, и венок материалов вдогонку опубликованной в The New York Times статье о том, как "из русских школ выдавливают пожилых русских педагогов".
Я не поленился и нашел эту статью, которая называется, кстати, "Эстония собирается росчерком пера ликвидировать русский язык" — ни о каких пожилых учителях в заголовке речи нет, как нам здесь преподнесли. Начинается статья так.
"Перед концом (учебного) года в одной из лучших школ города, Таллиннской Паэской гимназии, объявляется некая личность с блокнотом, и учителя начинают волноваться. Личность же переходит из класса в класс и, не обращая внимания на детей, заводит казалось бы пустые беседы с учителями — по 20 минут.
"Скажите, какая у вас специализация? Сколько вы здесь работаете? Можете ли вы мне рассказать, как вы готовитесь к урокам?"
Но личность не интересует, что ей отвечают, важно — как. Поэтому — быстро за грамматику, идет языковой инспектор!"
Вот именно таким было впечатление корреспондента The New York Times Клиффорда Леви, лауреата Пулитцеровской премии. Затем, как полагается по определенным журналистским канонам, дана общая информация о том, что такое Эстония, и предоставлено слово обеим сторонам — учителям и главе Языковой инспекции. Учителя храбро жалуются, а Ильмар Томуск говорит, что язык страны проживания знать надо. Ему вторит директор.
Между тем русскому образованию в Эстонии жить осталось недолго, лет 10. Если уже сейчас многие всё еще в какой-то мере русские школы ищут русских учителей даже математики и физики, совершенно понятно, что вскоре русских учителей будет не найти ни по каким предметам — потому что в Эстонии их почти не готовят (а из тех, кто мог бы, в школу идут единицы), старая же гвардия скоро уйдет на пенсию. "Экспорт" учителей невозможен тоже — из-за языковых требований.
В результате мы получим даже не билингвальные школы, а самые настоящие эстонские, только второго сорта. Таким образом будет решен и другой вопрос — о русском языке в Эстонии вообще. Не будет проблем с тем, что русские не имеют достаточного представительства в административных органах, не говоря уже об органах власти, не будет смысла ради некоторых еще живущих беспокоиться о переводе, скажем, законов или лекарственных рецептов на негосударственный язык, исчезнут и не всегда удобные русские журналисты.
А из второсортных как бы русских школ в большинстве своем будут выпускаться люди, не умеющие нормально писать и говорить ни на одном из языков, не ощущающие себя частью ни одной культуры. Практически то же ждет и большинство бывших русских детей, оказавшихся в эстонских классах. Ведь и сейчас немало такой уже даже не вполне молодежи, которая говорит вроде бы по-русски — да не по-русски, а то и с акцентом, писать грамотно не в состоянии и недоумевает, о каких дровах речь, если спросишь: "Откуда дровишки?". Я думаю, практически все встречались с такими калеками.
Этим людям будет также нелегко получить и нормальное высшее образование, потому что на родном языке все равно проще учиться и больше можно усвоить — какой бы совершенной система национального образования ни была. Эти люди, как правило, не смогут поехать учиться и в Россию, потому что дома слишком приходилось напирать на эстонский, да и терминов на эстонском языке, кроме как в Эстонии, никто не понимает. Похожая проблема возникнет и при попытке отправиться и не в Россию — опять же потому, что, скажем, английский или немецкий по сравнению с эстонским никакой не приоритет. В общем, с такого рода благоприобретенным эстонским языком нормального места в мире человеку не будет. Не всем, конечно, но большинству.
Поэтому, как ни крути, приходится рассчитывать на "руку Москвы". Я имею в виду не "соотечественников" или "пятую колонну", а простую вещь, до которой давно додумались посольства многих государств в Эстонии, да и посольства Эстонии во многих государствах. Отчего бы не быть Русскому лицею, возможно, полностью частному, но бесплатному, а, учитывая, что русских в Эстонии куда как больше, чем евреев или, скажем, французов и англичан, — не одному. Да-да, с финансовой поддержкой посольства РФ и меценатов. И тогда можно будет не беспокоиться хотя бы за самых перспективных русских детей с вменяемыми родителями.
А пока — все идет по плану, плану культурного геноцида.
Игорь Кулдмаа ("День за днем", Эстония)
