Парадоксальная штука – чем ближе мы к России, тем щедрее к нам Евросоюз. Медведев еще находился в Киеве, а Европарламент уже принял решение о выделении Украине займа на сумму 500 млн. евро, который выдадут в течение 30 месяцев. Заем должен быть возвращен в течение пятнадцати лет. А потратить его можно только на реформы. Другой вопрос: нужны ли нам сейчас реформы? Деньги, разумеется, нужны…
Список реформ в виде таблички, датированной апрелем этого года, нам удалось раздобыть и изучить. Это, по всей видимости, и есть тот самый документ, который презентовал еврокомиссар по вопросам расширения ЕС и политики соседства Штефан Фюле.
Напомним, что, как уже сообщалось в прессе, в конце апреля г-н Фюле передал Киеву неофициальный документ, содержащий перечень требований со сроками выполнения. Хотя документ не был обнародован, однако еврокомиссар подтвердил: «Я передал украинской стороне список ключевых реформ, которые Украина должна срочно реализовать, а также список возможных стимулов и ответных действий Евросоюза».
Источники в дипломатических кругах пояснили журналистам, что Брюссель выразил готовность выделять кредиты на конкретные программы реформирования в ключевых отраслях – например, в судебной и административной системе, в создании электронных баз данных и усовершенствовании системы оборота и хранения документов и т.п.
Наблюдатели также заметили, что, в отличие от прежних документов, регламентирующих сотрудничество с Украиной, нынешний более конкретный. Таблица состоит из пяти «столбиков»: направление реформ (политические, макроэкономические, торгово-бизнесовые и проч.); приоритеты для Украины; необходимые шаги; сроки реализации и помощь, которая будет предоставлена от ЕС. Последний пункт – самый замечательный, поскольку в нем довольно часто мелькают суммы прописью. Причем, в несколько миллионов долларов каждая.
Однако в этом соблазнительном документе есть одно не совсем устраивающее Украину обстоятельство: часть реформ должна быть выполнена авансом до саммита Украина–ЕС, намеченного на октябрь.
В эти сроки нам поручено сделать кое-что полезное. Например, привести систему госзакупок в соответствие со стандартами ЕС. Или реализовать конституционную реформу и изменить выборное законодательство. Но есть требования, которые сложно выполнить, как минимум, в указанный срок.
Более того, далеко не все специалисты уверены, что 2010 год – лучшее время для начала реформ. Несмотря на то, что стратегия преобразований готовится, и одноименный комитет, уже получивший условное наименование «комитет Акимовой», должен, согласно графику, в ближайшие пару дней родить первый документ, вопрос реализации предложенного может затянуться на несколько лет.
Причина проста: на реформы нужны деньги. И немалые. Правда, с другой стороны, без реформ нам их не дадут, о чем свидетельствует предложение Европарламента. Однако, даже непрофессионалу ясно, что $200 млн. евро, конечно, хорошие деньги, но для радикальных преобразований их маловато. А ведь, судя по «шахматке Фюле», новая порция сейчас будет приходить только после того, как мы отчитаемся за предыдущую.
К тому же, по словам президента Центра экономического развития Александра Пасхавера, нынешний путь подготовки реформ – бюрократический. Преобразования, которые должны менять лицо страны, готовятся в режиме служебного поручения вниз по бюрократической иерархии.
В результате выходит, что реальными творцами реформ оказываются не политические лидеры (их формальные идеологи), а старший специалист Вася, который в силу поручения начальника отдела разработал какое-то предложение, оформил его как полагается и пустил «наверх».
Для реформ это, конечно, плохо, поскольку в каждом преобразовании есть доля революционности. А революции не только в перчатках не делают, но и в бюрократических кабинетах по долгу службы не куют. Тут нужны фанаты и романтики. Но для страны, возможно, напротив – хорошо.
Кто сказал, что Украина, еще не выйдя из глубокого и тяжелого кризиса, нуждается в радикализме и переменах? Пенсионеры хотят резкого изменения пенсионной системы? Или бизнесмены жаждут чего-то большего, чем ясность с возвратом НДС? То есть выставят на НДС-облигации 8% годовых, как хочет правительство и не хочет бизнес, или последнему удастся додавить власть до повышения процента?
Главный вопрос для страны на ближайшее будущее звучит весьма банально, но конкретно: сколько будут стоить металл и химическое сырье на мировых рынках? Другими словами, позволит ли рост цен снова нарастить маржу для производителя?
Другой наболевший вопрос – с ценой на газ – решили быстро и спокойно, не вдаваясь в реформы. Просто договорились с Россией. На подходе вопросы двусторонней кооперации, которые, по мнению ряда аналитиков, важнее для нас, чем европейские кредиты на реформы. Тем более что обещать – не значит жениться. МВФ тоже нам выделил $16,5 млрд., но «скушать» мы успели только $10,5 млрд.
«У ЕС нет денег на спасение украинской экономики, – считает президент Центра системного анализа и прогнозирования Ростислав Ищенко. – Неизвестно, что будет представлять зона евро, будет ли она существовать через два года, и будет ли куда вступать Украине в далеком будущем. Положение в Евросоюзе очень сложное. Они чуть не поссорились из-за Греции. А у них впереди еще Испания, Португалия, Италия… В общем, если все закончится хорошо, то Англии в этом списке не будет. Поэтому во время всех последних переговоров Украины с ЕС нам настойчиво советовали сначала договориться с Россией.
Интеграция в Европу – процесс перманентный. Но лишь восстановив сильную украинскую экономику в союзе с РФ, мы сможем рассчитывать если не на вступление в ЕС, то хотя бы на адекватное отношение ЕС к нам. То есть безвизовый режим, режим наибольшего благоприятствования в торговле и т.д. Причем, неизвестно, кому будет лучше: тем странам, которые вступили в ЕС, или тем странам, которые договорились с ЕС об определенных льготах…».
Егор Смирнов
