В мае она начинает добычу топлива из сланцев
В Польше разворачивается масштабный проект по добыче природного газа из горючих сланцев. Уже в следующем месяце в страну приходит нефтяной гигант ConocoPhillips, договорившийся о концессиях на разработку сланцев в районе Гданьска, на побережье Балтийского моря, пишет британская Times Online. За этой корпорацией уже готовы последовать еще две американские нефтяные компании – EXXON-Mobil и Marathon – а также канадская Talisman Energy. Эксперты утверждают, что запасы сланцев, пригодных для извлечения газа, в Польше весьма велики, и Европа вполне может повторить «американское газовое чудо», то есть как минимум радикально сократить импорт природного газа, а возможно и стать экспортером «голубого топлива».
«Сейчас все участники проекта, что называется, столбят участки, — рассказал журналистам Ойзин Флеминг, гендиректор британской компании San Leon Energy, участвующей в проекте вместе с Talisman. – Польша обещает стать значительным по объему производителем газа. Все крупные компании собрались здесь, Газпром, разумеется, нервничает». Добавим, что только Talisman, не самая крупная корпорация, участвующая в проекте, планирует вложить в проект 140 млн. долларов.
«Это, возможно, поможет Европе ослабить российскую газовую удавку», — пишет британское издание. В любом случае, европейский энергетический рынок ожидает крупное удешевление газа, поскольку разведанные запасы сланцевого газа в северной и центральной Польше, по подсчетам аналитической группы Wood Mackenzie, составляют около 1,36 трлн. кубометров. Напомним, сейчас разведанные запасы природного газа в ЕС составляют 2,86 трлн кубометров. Таким образом разработка новых месторождений увеличивает эту цифру на 47% и сделает Польшу, импортирующую сейчас 72% потребляемого в стране газа, полностью энергонезависимой.
Напомним, сейчас Польша, потребляющая ежегодно около 14 млрд. кубометров природного газа, импортирует российское «голубое топливо», и таким образом до известной степени зависит от политики российского монополиста. Российский газ в страну поступает через территорию Беларуси, с которой РФ обычно не ведет практически ежегодных «газовых войн», как с Украиной в 2006–09 годах, но в Европе о возможности таких «войн» помнят. Именно поэтому нефтяным компаниям, желающим разработать балтийские горючие сланцы, правительство страны предложило хорошие налоговые условия – сумма налога на добычу составит всего 23%. Эксперты называют эти условия «одним из лучших предложений в мире».
Напомним, что сланцевый газ, в отличие от обычного природного, сконцентрирован не в естественных подземных резервуарах, а в полостях осадочных пород – горючих сланцев. Сжигание самих сланцев не слишком перспективно в экономическом смысле, но в последние десятилетия появилась технология, позволяющая выделять из сланцев чистый газ. Закачивая в многочисленные скважины воду под огромным давлением, породу измельчают, собирая выделяющийся при этом газ. Эта технология появилась и была впервые опробована в США, где сейчас насчитывается 949 сланцевых скважин. С 1990 года добыча этого вида газа в США возросла в 4 раза, теперь сланцевого газа в стране добывается больше, чем традиционного.
Единственный значительный недостаток данной технологии – необходимость бурить большое количество скважин. Из-за этого в Европе сланцевую добычу не считают столь перспективной. Впрочем, в Польше газовикам повезло: основные пласты, где планируется развить добычу газа, расположены в малонаселенных районах.
Вызов, брошенный «Газпрому», вполне серьезен и заставляет наше «национальное достояние» всерьез задуматься о модернизации, заявил в интервью Михаил Ремизов, президент Института национальной стратегии:
— Угрожает ли, по-вашему, сложившаяся ситуация с газовыми разработками в Польше «Газпрому» и России в целом?
— Да, это еще одна угроза нынешней энергетической стратегии Москвы и крупнейших российских корпораций. В последнее время у нас на этом направлении много трудностей: либерализация европейского газового рынка, наметившаяся тенденция к отказу от долгосрочных контрактов, трудности на пути амбициозных трубопроводных маршрутов. Прибавьте сюда перспективу диверсификации источников поставок, ставка на новых, внеевропейских поставщиков — в итоге получается, что «Газпром» потерял существенную долю европейского рынка, и эта тенденция достаточно устойчива. А ситуация со сланцевым газом — это еще один вызов нам, он напоминает о новых технологических возможностях, делающих уязвимой нашу энергетическую стратегию.
— Есть ли у России средства изменить положение и обеспечить для страны хорошую перспективу?
— Любой вызов содержит в себе и угрозу, и возможность. В данном случае, сложившаяся ситуация — это хороший повод для политического руководства страны – а «Газпром», конечно, это политика, национальное достояние — задуматься о концепции развития энергетического сектора России в целом. На мой взгляд, в основе этой концепции должен лежать приоритет развития нефтехимии и газохимии перед торговлей сырой нефтью и газом. Сжиженный природный газ, метанол и другие продукты переработки имеют очень высокий бизнес-потенциал. Здесь может быть куда выше норма прибыли, чем обеспечивает простая продажа природного газа.
Кроме того, нужно, пока не поздно, избавиться от избыточных проектов строительства дорогих и бессмысленных газопроводов – «Потоков». Таким образом мы не только сэкономим средства, но и снизим свою зависимость от транзитных стран. А отношения с Украиной и Беларусью можно будет выстраивать не за счет дорогих труб, а за счет диверсификации топливных стратегий новых рынков – даже продавая сжиженный газ, мы уже не будем «обречены» друг на друга.
— Что может являться препятствием для реализации такой стратегии?
— Мне кажется, что основной дефицит здесь – политическая воля; с технологической и экономической точек зрения это сделать вполне реально. Ситуация в «Газпроме» — это в миниатюре ситуация всей России: инновационное развитие необходимо не просто ради красивых слов и концепций, а потому что слишком сильно растут риски инерционной модели развития. Резервы роста традиционной сырьевой модели закончились, она себя исчерпала.
Антон Размахнин
