В рассекреченных архивных материалах британского Форин-оффиса содержится прогноз на последующие за 1979 годом 30 лет истории. В ноябре 1979 года в Лондоне и Вашингтоне были уверены, что Москва не предпримет вторжения в Афганистан, пишет итальянская газета La Repubblica (перевод Инопресса.ру).
В ночь с 24 на 25 декабря вторжение началось. Британские архивные документы, рассекреченные несколько дней назад, свидетельствуют о наивности и одновременно о цинизме западной дипломатии перед лицом новой Большой игры, как ее называли дипломаты и шпионы, о стратегическом соперничестве и конфликте между Британской и Российской империями и между их преемниками в ХХ веке, США и СССР, за верховенство в Центральной Азии.
Ни одна из сторон в те фатальные дни декабря 1979 года не могла и предположить, что решение о вторжении в Афганистан приведет к крушению всего, что казалось на тот момент незыблемым: речь идет о падении Берлинской стены, крушении Советского Союза, конце коммунизма, пишет издание.
Чтобы понять, что повлияло на реакцию Запада на предстоящие события, стоит напомнить о том, что в феврале 1979 года в Иран вернулся аятолла Хомейни, и исламская революция превратила Иран из преданного союзника в смертельного врага США.
А 4 ноября группа студентов захватила американское посольство в Тегеране, десятки сотрудников дипломатической миссии были взяты в заложники. Начался кошмар, длившийся целый год. Джимми Картер проиграл на выборах Рональду Рейгану. А в Лондоне укрепляла свои позиции премьер-министр Маргарет Тэтчер, которую за ее жесткую политику стали называть «железной леди».
23 ноября 1979 года глава управления Южной Азии МИД Великобритании Г.Р. Арчер составил секретный документ, содержащий два утверждения, которые, как позднее выяснилось, были ошибочными: «Советское вторжение в Афганистан маловероятно» и «События, происходящие непосредственно в Афганистане, оказывают незначительное влияние на интересы западных стран».
Складывается впечатление, пишет La Repubblica, что на уверенность Лондона в том, что СССР не будет направлять свои войска в Афганистан, повлияла позиция американцев, которые говорили, что русские не станут предпринимать вторжение по причине переговоров по ОСВ-2. Британцы думали, что угроза провала переговоров должна заставить русских быть осторожными.
В другом секретном меморандуме МИД за подписью М.Е. Хоуэлла говорится: «Мы должны воспользоваться любым советским вторжением в пропагандистских целях в третьем мире». Иными словами, Запад воспользуется фактом вторжения, чтобы дискредитировать СССР в глазах развивающихся стран, прежде всего, членов движения неприсоединения.
Вторая мысль документа: «Однако вторжение маловероятно, поскольку, скорее всего, в нем не будет необходимости». Британские дипломаты были уверены, что мятежные настроения в Афганистане постепенно сойдут на «нет», поскольку население привыкло к частой смене режимов. А Москва сумеет подавить восстание и держать под контролем правительство Амина, не направляя в страну войска и танки.
Тот же дипломат задается вопросом о том, будет ли враждебным по отношению к интересам Запада социалистический режим, навязанный под давлением извне или в результате вторжения. Альтернативой ему может стать и приход к власти радикального исламского режима, что гораздо хуже, поскольку, предупреждает Хоуэлл, это приведет к проблемам, которые можно наблюдать в «другой стране» – явная ссылка на Иран.
«С социалистическим режимом, союзником Москвы, мы можем работать», – пишет дипломат в своем меморандуме, давая понять, что вторая исламская революция в Центральной Азии может привести к непредсказуемым последствиям.
Аналогичные идеи выразил в своем документе от 23 ноября и Арчер: по его мнению, «интересы Запада, вероятнее всего, только выиграют от создания стабильного правительства (в Кабуле), которое будет иметь хорошие отношения с Советским Союзом … Стабильное правительство, способное сдерживать глав племен, может оказаться лучшим, что можно пожелать, чтобы брожение не распространилось на прилегающие районы Пакистана».
Но этого не произошло. В ночь на 25 декабря началось вторжение советских войск. 28 декабря Картер в ходе телефонного разговора с Маргарет Тэтчер сказал, что советское вторжение будет иметь глубокие стратегические последствия для всего региона. Он также сказал, что необходимо сделать все возможное, чтобы Советский Союз заплатил за эту акцию самую высокую политическую цену.
Что касается цены, она превзошла все ожидания: за 10 лет конфликта – 14 тысяч убитых и 50 тысяч раненых с советской стороны и миллион погибших со стороны афганцев. Это будет первое военное поражение для СССР и начало конца для Страны Советов.
Парадоксом этой долгой истории, заключает итальянская газета, является то, что человек ЦРУ, инициатор оказания первой тайной помощи афганским моджахедам, в настоящее время безрезультатно пытается погасить исламское брожение в Афганистане и Пакистане. Это Роберт Гейтс, министр обороны США. Относительно просто начать Большую игру, но чертовски сложно просчитать, как ее закончить.
