— Как Вы считаете, возможно ли достижение компромисса между президентом Грузии Михаилом Саакашвили и оппозицией?
— Пока варианты компромисса не просматриваются, оппозиция категорически требует отставки президента. Правительственные службы говорят о готовности к диалогу с оппозицией, при условии, что отставка Саакашвили не будет предметом диалога, то есть получается радикальное противопоставление. На данный момент ситуация такова, но может что-то и изменится.
— Каким Вы видите выход из сложившейся ситуации в Грузии?
— Ну, это очень трудно предсказать, какие могут быть результаты. С одной стороны у правительства большие ресурсы — это армия, полиция, губернаторы, руководители районов, парламент и т.д., но с другой стороны оппозиция, достаточно организована, и довольно большое количество людей собирает для участия в митингах. Так, если говорить о радикализме оппозиции, то здесь преобладают именно радикальные требования в отставке президента.
— А достаточно ли сильна оппозиция для того, чтобы требовать отставки президента?
— Необходимо время для того, чтобы прояснить ситуацию. Многое зависит от того, как будет настроена армия. В рядах полицейских тоже есть определенные слои, которые поддержали бы оппозицию. В отношении армии ничего не могу сказать. Сложившаяся ситуация решительно не проста.
— По некоторым сведениям, ранее оппозицию финансировал Бадри Патаркацишвили, кто по-Вашему финансирует оппозицию сегодня?
— Патаркацишвили сам был оппозиционером, и по существу был лидером оппозиции. У него были довольно большие финансовые возможности. Он кстати вернулся в Грузию с моей поддержки, это я предложил ему вернуться на родину и заняться здесь своим бизнесом. Он многое сделал полезного для народа, но, думаю, допустил ошибку. Она заключалась в попытке баллотироваться на пост президента, чего делать не надо было. Никто не знает на самом деле о причинах смерти Патаркацишвили. Некоторые считают, что причиной его смерти был сердечный приступ, другие полагают, что его убили. Второй вариант скорее более правильный. Настолько реальны были его цели и перспективы, чтобы понять, насколько он опасен был для правительства.
— Несколько дней назад Вы призвали президента Саакашвили последовать Вашему примеру и своей отставкой сбить политический накал. Значит ли это, что Вы не видите иного выхода из кризиса?
— Я говорил о том, что если бы я был на месте Саакашвили, я бы ушел в отставку, чтобы избежать самого страшного — нежелательного кровопролития, но решать ему. В то время, когда я ушел в отставку, у меня был повод, то есть было два пути из сложившейся ситуации — либо пролить кровь, либо добровольно уйти в отставку, и я выбрал второй вариант.
— Если бы Саакашвили последовал вашему совету и ушел бы в отставку, есть ли лица, которые могут заменить его?
— В Грузии всегда были достойные люди, тем более что оппозиция предлагает после отставки президента назначить выборы. Думаю, что выборы могут прояснить, кто может стать президентом, кто премьером, а кто председателем парламента. В правительстве сидят достаточно опытные ребята.
— Как Вы думаете, есть ли политическое влияние России на сложившуюся ситуацию?
— Если иметь виду нынешнюю ситуацию, противостояние президента и оппозиции, этих двух сил, думаю, что Россия сейчас не влияет на нее. Если не считать того, что Россия допустила грубую ошибку, когда признала независимость Абхазии и Южной Осетии. Сама Россия создает прецедент независимости, что опасно для Москвы. Несколько раз мне приходилось говорить о том, что маленькая Абхазия стала независимой, менее значимая по своей территории, чем Чечня, Дагестан, Ингушетия, Татарстан, и другие регионы России. Почему они тогда не могут претендовать на независимость?
— Какие наиболее серьезные упущения президента Саакашвили могли бы Вы назвать?
— Упущения и нарушения естественно были. Причем, граничащие с преступлением. Я хотел бы отметить несколько ошибок, допущенных правительством. Несколько месяцев тому назад по решению правительства было разогнано около 200 тысяч митингующих, в результате этого многие погибли и были ранены. Так же, по инициативе правительства был разгромлен независимый телеканал «Имеди», хочу отметить, что такого случая не было еще за всю историю Грузии. И самая серьезная ошибка, граничащая с преступлением, это введение наших войск в Цхинвали. По словам правительства, причиной послужило то, что там стояли российские войска, но эти аргументы не убедительны. Это всего лишь короткий перечень допущенных ошибок. Во всеуслышание об этих и о других ошибках Саакашвили говорят выступающие на митингах опозиционеры.
— Как Вы думаете, окончательно ли потеряла Грузия Южную Осетию и Абхазию или остались какие-то шансы вернуть эти территории?
— Шанс существует в том случае, если в России начнется движение, о котором я уже упоминал, то есть стремление выше перечисленных регионов стать независимыми. Тогда России будет не до Абхазии и не до Цхинвали. А такие признаки угрозы уже появились.
— Каково влияние Грузии на геополитическую ситуацию в регионе?
— Я бы не выделил особенного значения роли Грузии на геополитическую ситуацию в регионе. Такую же важную роль играет и Азербайджан, и в определенном смысле и Армения. Тем более что между Арменией и Турцией начинается какое-то потепление. Конечно же, Грузия всегда была в центре Кавказа, если помните великий «Шелковый путь», он был возрожден в последние годы по инициативе Гейдара Алиева и Шеварднадзе. Этот проект, как и другие, такие, как Баку-Тбилиси-Супса, Баку-Тбилиси-Джейхан, и газопровод Баку Тбилиси Арзурум, стали материальной основой в дружбе наших народов.
— В России возникло стойкое убеждение, что все важные решения за Грузию принимает Запад. Что Вы можете сказать по этому поводу?
— Это мнение не верное. Может и были какие-то рекомендации со стороны Запада. Хочу напомнить позицию бывшего государственного секретаря США, достаточно влиятельной личности Кандолизы Райс. Когда она еще была государственным секретарем, между прочим, сказала, что мы не советуем Грузии вводить войска в Южную Осетию, Цхинвали, правительство не прислушалось к совету. Так что не все решения принимаются в Вашингтоне, а все зависит от того, насколько мудрые решения примет сама Грузия.
— Какая политическая ориентация в грузинском обществе превалирует – в сторону НАТО или России?
— Трудно определить, так как примерно так 50 % населения Грузии за то, чтобы Грузия вступила в ряды НАТО, и примерно такой же процент за урегулирование отношений с Россией. Считаю, что если Грузия не урегулирует отношение с Россией, то в будущем будет тяжело. Но обе позиции населения имеют право на существование.
— Могли бы Вы возглавить Грузию сегодня?
— Категорически нет. Во-первых, я уже правил Грузией и ушел по своей воле, во-вторых, возраст есть возраст. Человек не должен переоценивать свои возможности.
Вопросы задавала Диана Исаева
