Вряд ли христианство можно назвать, как это делается сегодня в федеральном законе, традиционной религией. Потому что это не религия вовсе, а благая весть о воскресшем Христе. Сложный ритуал, богато украшенные храмы и другие религиозные атрибуты появились у последователей Иисуса из Назарета далеко не сразу, и они не составляют сердцевину веры.
Сегодня, в светлые пасхальные дни, хочется еще раз вспомнить о том, что изначально путь за Христом означал выход из духовного рабства и плена, освобождение человеческой души от несвободы, грязи, греха и бессмысленного страдания. Этот путь, невозможный для одних лишь слабых человеческих сил, всегда был связан с живой памятью о евангельских событиях. И доныне каждый раз перед Пасхой Церковь как бы вновь оказывается в том историческом времени, на улицах предпраздничного Иерусалима, вновь переживает историю верности и предательства, равнодушного отступничества и ослабевающей надежды, безмерного страдания и лучезарной радости.
Но эта память сегодня размывается многими проектами, связанными с собиранием Церкви вокруг вторичных святынь и «чудес». Последнее слово приходится брать в кавычки. Да, чудеса бывают. Но все евангельские чудеса происходят с уже уверовавшими, с уже решившими изменить свою жизнь людьми. Однако современным церковным сознанием чудо часто воспринимается не как импульс к переменам, а как доказательство превосходства «самой правильной» веры: Церковь как конфессиональное сообщество, чуть ли не как организация, начинает заслонять собой собственно евангельское благовестие. Иногда приходится слышать: «Что вы все о Христе да о Христе? Наверное, вы сектанты, иначе говорили бы о православии».
К доказательствам «правильной веры» относится и схождение Благодатного огня в храме Гроба Господня в Иерусалиме. Ежегодно российские телеканалы устраивают прямые трансляции чуда и соревнуются в описании физических подробностей этого «сверхъестественного» явления. Реклама в метро предваряет трансляцию: не пропустите! Посмотреть действительно есть на что: скачущие и кричащие православные арабы в главной святыне христианского мира — яркое зрелище.
Но многие верующие сомневаются в том, могут ли чудеса совершаться «по расписанию», пусть и богослужебному. Более того, видные православные иерархи, богословы и историки Церкви, среди которых епископ Порфирий (Успенский), Игнатий Крачковский, Николай Успенский отрицают сверхъестественную, чудесную природу явления «огня Великой Субботы». История богослужения однозначно свидетельствует о том, что сегодняшний обряд в храме Гроба Господня есть порождение чина возжжения нового огня на Пасху, который некогда совершался в каждой христианской общине. Слова Иерусалимского патриарха Феофила III, сказанные накануне Пасхи 2008 года, что служба огня Великой Субботы есть лишь одно из церковных священнодействий, подтверждают их правоту.
Однако телевизионщики об этом молчат. Потому что Благодатный огонь сегодня — это прежде всего бизнес-проект. И истерия вокруг него не случайна. Ежегодно Фонд Андрея Первозванного, возглавляемый главным железнодорожником страны Владимиром Якуниным, устраивает показательное шоу. Ежегодно при помощи фонда первые чиновники государства отправляются в Израиль, чтобы привести иерусалимский огонь в Россию и затем раздать его по храмам. В некоторых епархиях, например в Воронежской, встреча огня выливается в целое представление с участием оркестров. Сам господин Якунин ревностно следит за распространением практики почитания огня. И яростно воюет с теми, кто становится ему поперек дороги. Так, в прошлом году дьякон, а теперь уже протодиакон Андрей Кураев на своем форуме пересказал слова Феофила III, сопроводив их собственным комментарием для самых непонятливых: «Откровеннее сказать о зажигалке в кармане он, наверно, и не мог». Реакция последовала немедленно: Якунин потребовал от священноначалия наказать церковного деятеля. Но Кураев оказался слишком знаковой и раскрученной фигурой, чтобы его можно было безболезненно подвинуть. И ему это сошло с рук. Однако факт остается фактом: небедный и корыстно заинтересованный чиновник начинает учить иерархию, как ей общаться со своими клириками.
Фонд Андрея Первозванного осуществляет немало и других страннолепных проектов (вроде трафика святынь). Раскручивает их при помощи новейших пиар-технологий, утверждая людей в мысли, что это и есть христианство. Конечно, в христианстве много чего есть. Но когда второстепенные вещи становятся на место главных, это кончается плохо.
Еще во времена патриаршества Алексия II произошел постепенный отказ от соборности, от оживления приходской жизни. Руководство предпочло собирать Церковь прежде всего при помощи суеверий и вторичных святынь, масштабные церковно-государственные мероприятия, вроде Саровских торжеств, служили этой же цели.
Новый патриарх Московский и всея Руси Кирилл, несмотря на значительные кадровые обновления, пока не спешит сходить с накатанной колеи. Его встреча перед Пасхой с господином Якуниным, благословение на разные деяния, и среди прочих на доставку «Святого огня», показала, что в ближайшей перспективе игры на языческих струнах народных верований будут, скорее всего, продолжаться.
Конечно, проблема Благодатного огня — не самая главная в Русской православной церкви. И относительно безобидная. Ну привезли, ну раздали — и забыли до следующей Пасхи.
Только уж больно противно. С одной стороны, Якунин увольняет вторых машинистов в своем ведомстве — и тем самым увеличивает риск аварий на железных дорогах. С другой — ради символического капитала устраивает помпезные проекты. Уж лучше бы оставил вторых машинистов на своих рабочих местах — за счет средств фонда. Ему бы за это сказали спасибо и верующие, и неверующие.
БОРИС КОЛЫМАГИН
