После долгих обещаний парламент все-таки решил заняться реорганизацией НАК "Нафтогаз України". 20 марта, вопреки ожиданиям, ВРУ приняла в первом чтении соответствующий законопроект. Причем не правительственный, а Юрия Кармазина. Но оппозиция продолжает ожидать худшего.
Не мытьем, так катаньем
Обещаниями адаптировать государственную корпорацию под нужды европейских правил энергетической игры украинский политикум полнится уже давно. В свое время толчок реформационным намерениям дал было подписанный между Украиной и ЕС в 2009 году "брюссельский меморандум" о модернизации отечественной ГТС. Тогда еще правительство Юлии Тимошенко согласилось с грядущим выделением "Укртрансгаза" в отдельную структуру. Однако предпринять серьезные действия в этом направлении предыдущий Кабмин так и не успел.
Очередной повод громче заговорить о непременной модернизации НАК дало вступление Украины в Европейское энергетическое сообщество, "третий пакет" регулирующих норм которого прямо требует разделения поставщиков и транспортеров энергоносителей. Тем не менее, несмотря на уверения правительства уже Николая Азарова в том, что Кабинет вот-вот возьмется за назревшую реформу, старт трансформации "Нафтогаза" заставлял себя ждать на протяжении значительной части 2011 года. Наконец, в ноябре прошлого года тематический правительственный законопроект все-таки оказался в парламенте. Но и там ему пришлось полежать под сукном.
Основная сложность принятия любых законодательных новшеств на ниве регулирования будущего нефтегазового комплекса заключается в стабильных опасениях за судьбу украинской ГТС. Дополнительным фактором, обостряющим настроения "Трубу продадут!", послужили и затянувшиеся до предела "газовые" переговоры с Москвой, которые определенно не добавляли сговорчивости парламентскому меньшинству или готовности понять и оценить потенциально революционное решение – патриотически настроенной части украинского общества. Потому неудивительно, что февральская попытка рассмотреть поправки Кабмина к закону о трубопроводном транспорте закончилась блокированием трибуны. Сопротивление оппозиции спровоцировала специфика выписанных правительством норм. На первый взгляд, проект закона ничего крамольного не обещал: речь в нем шла всего лишь о снятии запрета на реорганизацию "дочек" "Нафтогаза", отвечающих за транзит и хранение "голубого топлива", и предоставлении всех возможностей такой реорганизации Кабинету министров. И все же не обошлось и без смущающих моментов. Предложенный командой Николая Азарова законопроект, казалось бы, прямо права на передачу в частные руки тем или иным образом получившихся компаний не предполагал. Но удобную лазейку "Кроме случаев, установленных законом" правительство себе все равно оставило…
Подобные коррективы, как и можно было ожидать, одобрения оппозиционеров вызвать не могли. Тем не менее, с учетом особенности работы парламента в последние годы принятию именно кабминовской версии закона вряд ли что-то мешало. Однако, в конечном итоге в правящем лагере пошли другим путем: в марте в Министерстве энергетики и угольной промышленности решили согласиться на альтернативу – во многом схожий законопроект "нунсовца" Юрия Кармазина, который принципиально отличается только одним – более четко прописанным и пока не подлежащим оговоркам запретом на приватизацию ГТС.
Именно законопроект № 9429-1 20 марта лег в основу рассматриваемых законодательных изменений. Чего и следовало ожидать, подготовку ВРУ к голосованию сопровождал скандал. "Бютовцы" не прекращали попыток блокирования трибуны, а череда увещаний спикера в отдельных моментах, вроде "Если сейчас снова будет попытка блокирования, тогда, уважаемые коллеги, я разговаривал, проводил консультации с другими фракциями, и будут фракции настаивать, в том числе Партия регионов, (на том, чтобы, — "Подробности") рассматривать правительственный законопроект, ну вы понимаете, который будет поддержан", — отдавала привкусом политического шантажа. При этом руководство парламента применяло все доступные инструменты для того, чтобы сохранить "лицо" максимально неповрежденным. "Абсолютно не идет речь о том, что тут у кого-то поднимется рука голосовать за приватизацию газотранспортной системы", — уверял то ли нардепов, то ли избирателей Владимир Литвин… Несмотря на то, что речью спикера оппозиция так и не прониклась, в первом чтении законопроект Юрия Кармазина собрал 237 голосов. При этом "нунсовских" из них было только два (не голосовал даже сам автор), а фракции БЮТ-Б и КПУ отказались нажимать кнопки полным составом.
Не говори "гоп"?
Нежелание оппозиционеров поддержать законопроект, предложенный своим же сторонником, сразу же было взято в имиджевый оборот симпатиками правящего лагеря. "Если оппозиция будет блокировать трибуну, то это будет блокировка также против своих проектов законов, которые бы мы могли поддержать, потому в этой блокировке нет логики и нет перспектив", — еще до голосования отмечал глава фракции ПР Александр Ефремов. "Создается такое впечатление, что те, кто сегодня блокировал трибуну, очень хотели, чтобы разрешили приватизировать ГТС. Потому что они все провокации предпринимали именно с такой целью, чтобы прошел законопроект, где была эта провокация", — позже творчески развил этот тезис первый вице-спикер Адам Мартынюк, чья политсила приватизационные намерения показательно игнорирует.
События 20 марта действительно производят неоднозначное впечателение и дают антипатикам парламентского большинства повод вновь заговорить о непоследовательности украинской оппозиции и ее неготовности к решительным действиям. Однако сами "меньшевики", со своей стороны, объясняют свои действия ожиданием подвоха. "Я искренне извинюсь перед обществом, перед Партией регионов, если ко второму чтению он (законопроект, — "Подробности") пройдет в таком виде", — поясняет "бютовец" Сергей Пашинский. Ключевое опасение оппозиции легко понять: оппоненты действующей власти боятся, что к моменту принятия обновленный закон о трубопроводном транспорте будет выглядеть уже несколько по-другому.
Судя по словам оппозиционеров, наиболее безопасный выход из ситуации они видели в принятии законопроекта Юрия Кармазина сразу в двух чтениях. Такой вывод позволяют сделать и слова самого автора в сессионном зале: "Я вижу, что сегодня не все готовы принять в двух чтениях. (Если, — "Подробности") в одном чтении принимать, мы не знаем, что потом внесут, какие изменения в этот законопроект", — переживал депутат-"нунсовец". Зыбкость перспектив беспокоит и некоторых представителей парламентского большинства. "Этот документ депутаты будут и далее "совершенствовать" лишь для того, чтобы прописать там более четкие механизмы приватизации трубы. Ведь на реформировании "Нафтогаза" никто останавливаться не будет, — передает "Голос.ua" мнение коммуниста Сергея Храпова.
Эксперты, по большей части, не отрицают, что далеко идущие для украинской ГТС последствия рассматриваемый законопроект может иметь уже в нынешней форме, не говоря уже о возможных коррективах. "Модернизация и реформирование НАК "Нафтогаз України" не требует обязательно принятия именно такого закона. Такой закон определенным образом защищает украинскую газотранспортную систему от легкой приватизации. А от хитрой не защищает, и я бы сказал, что сам закон… не защищает от воздействий", — допускает президент Киевского международного энергетического клуба Q-Club Александр Тодийчук. Дополнительный интерес к "воздействиям" обеспечивают и убежденность руководства страны в необходимости создания трехстороннего консорциума по управлению ГТС, и вялый ход переговоров с "Газпромом", который прямое ограничение на приватизацию может не обрадовать. Впрочем, от парламента конечная схема реформирования "Нафтогаза" и определение особенностей управления получившимися субъектами все же не зависит – воплощать нормы будущего закона на практике предстоит Кабмину. Тем не менее, в Верховной раде обещают сделать со своей стороны все возможное, чтобы более не связывать правительству надолго руки. По словам Александра Ефремова, во втором чтении законопроект попробуют рассмотреть уже через две недели. Но, возможно, оппозиция опять попытается этому помешать.
Ксения Сокульская
