Доброе утро, Вьетнам! Конец мая 2020, обострение

Обострение на Востоке Украины. На первый взгляд больше информационное — с надуванием боевиками щёк, дозированным сливом информации про отзыв из отпусков и набор людей с боевым опытом в «корпуса», и демонстративными приездами на Донбасс российских военных журналистов.

Включился режим «Держите меня семеро». Крутят ролики, как выдвигаются в заданные районы механизированные части и танки — в количествах Т-72Б1 и Т-64БВ, мелькает в отчётах ОБСЕ тяжёлое вооружение и ЗРК вне зон отведения, снова начинаются истории о готовящемся наступлении; крайний раз пациенты бредили так зимой.

Подсохла в очередной раз грязь, впереди месяцы «зелёнки», доставай в очередной раз меха про «националистов», которые в очередной раз кинутся до границ «молодых республик». Потому что скучно что-то сидится без американских биологических лабораторий и наступления на 7 тысяч рублей в двух огрызках. Хотелось бы написать, что это вещь в себе — напомнить о требованиях РФ и информационное обострение. Но, к сожалению, не только информационное.

Тем более, что у Трёхизбенки в дефиле реки в «зелёнке» может стоять что угодно. Ибо там ставили минные заграждения в несколько рядов все участники конфликта. А в 2014–2016 годах карты минирования были достаточно условны: возле холма, ориентир — ива, — с точностью до метра десятки километров никто не рисовал и как драгоценный орден схемы не берёг. Особенно на фоне того, что подразделения МВД сменяли ВСУ, тех — добровольцы, а дальше — территориальный батальон, который позже перевели в ВСУ. В итоге с картами минирования часто туго, всё на пальцах и через несколько ротаций всё вокруг автоматически превращалось в красную зону. С гарантией зачистить мины возле берега в ивняке, плавнях, камышах в простреливаемой зоне само собой невозможно — возле Трёхизбенки есть пару участков, куда долетает из гранатомётов и крупнокалиберных пулемётов, с миноискателем и кошками там особо не поработаешь.

Так, что подорваться там — хоть на свежем ВУ на управлении, поставленном диверсантами, хоть на забытых СВУ на растяжке времён прошлых ротаций — далеко не проблема. Подполковник Губанов погиб на месте, заместитель командира роты получил тяжёлое ранение в почку и в критическом состоянии, заместитель комбата — ранение в грудь. Так случается на войне. Зато тут сразу интересная реакция той стороны — там традиционно как не контрабанда, то воевали сами с собой, то «националисты» открыли огонь по полиции, всё в рамках кондовой дубовой пропаганды, простой, как три извилины в голове у Басурина с Марочко.

Хотя эпизод с «Луганском-1» — это воинская удача. А есть небольшие звоночки, что «корпуса» решили потихоньку поставить войну в режим обострения при помощи не только минирования или снайперского огня, как в эпизоде с павшим от пулевого ранения у 28-й ОМБр, которая сейчас стоит в секторе у Марьинки. Очень громко на Приморском направлении, прямо реальная канонада и 26 мая, и раньше — со 122-й артиллерией, бортовым оружием бронемашин, миномётами и СПГ. Восточнее Широкино, Саханка, Павлополь, и далее на север.

128-я воюет с крупными калибрами — те же попытки боевиков поймать на ротации, во время снабжения боеприпасами или доставки воды. Как раз они стоят от Докучаевска до Гранитного, где достаточно горячо. Также в пассиве сожжённый несколькими минами «Урал» 93-й ОМБр у Крымского на Бахмутке — накрытие на первой линии, машина уничтожена, есть убитый и тяжелораненые. Чуть задержались в красной зоне, попали под коптер и прилетело.

Пролёты беспилотных аппаратов, постоянная возня дежурных батарей и налёты САУ, кочующие миномётные батареи, часто работающие на пределе дальности — фирменный почерк войны на истощение на Востоке Украины. Уходят тонны металла и в ту сторону — на Светлодарской дуге накрыты огневые точки противника, идут бои в районе Ясиноватской развязки, между Спартаком и рынком «Господар», неподалёку от Докучаевска достаточно сильная рубка. Хорошо прилетело по позициям гибридов в Голубовском, с пожарами и детонациями на опорнике. На выступе у Крымского в посадке у Сокольников накрыт миномётный расчёт. Потери за май, по открытым источникам, у «республик» превышают потери ВСУ. Впрочем, это неудивительно — при более редкой ротации и отсутствии санитарной авиации ничего странного, ибо, помимо прилётов, небоевые, травмы и аварии одинаково шатают обе структуры.

Что происходит? Угроза эскалацией — россияне пугают возможным наступлением. Заливают эту информацию сразу по многим каналам, включая проукраинские. При том, что война на истощение идёт своим чередом. Немножко добавилось 152-мм ствольной артиллерии, кое-где от АГС и СПГ прыгнули до 122-мм снарядов. Но всё это бывало уже не раз. И закончится тем же, что и всегда. В принципе, уже закончилось — боевики ударили себя в грудь и заявили, что снимут режим повышенной боевой готовности, если Украина возьмёт на себя пакет дополнительных мер по прекращению огня. Вероятно, месяцами месить кашу окопов под входящими всё меньше и меньше желающих, а на фоне падения газового и нефтяного рынка заманить в «республики» персонал «длинным рублём» в нужных количествах не выходит. Сожалеем о вашей неудаче. Добавьте тысяч 5 — может, больше местных пойдут на зарплату дворника в Мариуполе.

В Крыму начинает кипеть кастрюлька — из-за санкций и гибели сельского хозяйства на севере люди едут в Симферополь и Севастополь, где ситуация с водой тоже накаляется. Но об этом нужно было думать, когда грабили на пожаре и отдали приказ на вторжение, в то время когда Янукович ещё сидел в Киеве. Гибель комбрига 1-й ОТБр от отрыва тромба и подрыв на мине комбата «Луганска», как и гибель 8 человек в месяц, три десятка обстрелов и угрозы, не могут поставить 38-миллионную страну на колени. А угрозы россиян и истории, что они продолжат давить до талого, перестали работать ещё несколько лет назад. Эпоха дорогой нефти заканчивается, а вместе с ней заканчиваются имперские амбиции РФ. Вечная память павшим в войне за независимость Украины. Мы победим.

Кирилл Данильченко ака Ронин