Харакири атомной энергетики

Самоубийство атомной энергетики произошло в Фукусиме. Теперь начинаются ее медленные похороны. Вслед за Германией от АЭС отказалась и Япония. Другие высокоразвитые державы последуют их примеру.

То, что многие в России до сих пор воспринимали как каприз причудливых немцев, становится глобальным трендом. Вслед за Германией, крупнейшей экономической державой Европы, о свертывании атомной энергетики объявил один из промышленных и технологических гигантов Азии — Япония.

После Чернобыля ядерная отрасль еще смогла выжить и в какой-то момент даже окрепнуть (в нулевые годы нынешнего века было модно писать о "ренессансе атомной энергетики"), однако авария 11 марта 2011 года на АЭС в Фукусиме фактически сыграла для нее роль харакири.

Германия, Бельгия, Швейцария, Италия…

Автор этих строк был далеко не единственным, кто уже тогда пришел к выводу: если даже сверхдисциплинированные японцы с их техническим перфекционизмом не в состоянии справиться с этой технологией, то во имя всего живого на планете лучше от нее отказаться.

В комментарии спустя несколько часов после того страшного землетрясения и цунами, когда мир еще не знал, что увидит в прямом эфире взрыв одного из фукусимских энергоблоков, я высказал предположение: "Ну а если, не дай бог, одна из пострадавших атомных электростанций не выдержит-таки последствий подземных толчков, и Япония вслед за Хиросимой и Нагасаки получит еще и Чернобыль, то нам предстоит также ожесточеннейшая глобальная дискуссия о безопасности ядерной энергетики с очередным отказом ряда стран от этой технологии".

 Так оно и произошло. Первой, еще в марте 2011 года, отреагировала Германия, которая к тому моменту, в принципе, уже встала на путь постепенного закрытия АЭС. Она радикально ускорила этот процесс, чтобы завершить его уже к 2022 году. В последующие месяцы о намерении распрощаться с мирным атомом в ближайшие 15-20 лет заявили Швейцария и Бельгия, а итальянские избиратели отвергли проект возрождения атомной энергетики, от которой успели избавиться после Чернобыля.

Если немецкое правительство еще можно было упрекать в поспешности при принятии столь кардинального решения, то японское правительство в этом никак не обвинишь. Оно размышляло полтора года о судьбе имеющихся в стране 54 ядерных реакторов, прежде чем обнародовать 14 сентября 2012 года план кардинального разворота в своей энергетической политике.

Программа грандиозного технологического рывка

Этот план предусматривает отказ от строительства новых АЭС и остановку действующих реакторов после 40 лет эксплуатации. В результате самое позднее к 2040 году обделенное природными ресурсами островное государство, которое еще не так давно намеревалось увеличить долю атомной энергетики в своем энергобалансе с 30 до 50 процентов, сведет эту долю к нулю.

Другая часть плана — уже в 2030 году производить 30 процентов потребляемой в стране электроэнергии с помощью возобновляемых источников. Еще одна амбициозная цель азиатской державы, славящейся своей промышленной мощью: к тому же 2030 году на 10 процентов снизить энергопотребление.

Все это — грандиозная программа мощнейшего технологического и инновационного рывка, который пойдет на пользу всей мировой экономике. От него непременно выиграет Германия, которой есть что предложить японцам в области возобновляемой энергетики и энергосбережения.

Черный день для российского атомпрома

От него наверняка выиграет и Россия, поскольку в новой японской энергетике природный газ, будь то трубопроводный или сжиженный, будет играть качественно более важную роль, чем до сих пор. Иначе говоря, закрытие АЭС в Японии должно подтолкнуть Россию решительно взяться, наконец, за последовательное освоение своего Дальнего Востока и развитие его инфраструктуры, о чем как раз сейчас столько разговоров.

В то же время 14 сентября 2012 года стал еще одним "черным" днем для российского атомпрома. Ядерная энергетика как статья экспорта становится все более ненадежным делом: пример Японии может оказаться заразительным. Во всяком случае принятие решений о строительстве новых АЭС станет теперь в любых мало-мальски демократических странах повсюду в мире делом еще более сложным.

Иное дело — диктаторские режимы или авторитарные государства типа иранского. Однако если представить себе, что высокотехнологичные демократии займутся в обозримом будущем закрытием атомных электростанций, а исламские республики и другие не очень инновационные страны будут активно строить АЭС, то становится как-то не по себе. Но это уже другая тема.

Андрей Гурков