Еще какие-нибудь пару недель – и Москва вновь потускнеет. Болельщики потянутся к себе домой, их команды – тоже. И разноцветье, наблюдаемое сегодня, вновь устремится к советской безликости, как в 1980-м, после окончания Олимпиады.
И пост-совки отряхнут с себя наваждение, решив, что это был какой-то чудной сон, и никакой свободы в природе не бывает, а все эти люди в диковинных одеждах – веселые и раскрепощенные – им попросту пригрезились. И что это – нормально, когда всю жизнь трудишься, идешь, как осел – за морковкой, и ни воли тебе, ни просвета, и в назначенный час покорно умираешь, так и не отведав плод, манивший с горизонта. А если и схватил его на мгновение – то не успел даже попробовать на вкус, ибо смертельно измучен, да и действительно, тебе пора. Не на небо, но – в темную могилу.
Правительство Пашиняна в Армении взялось за коррупцию всерьез. Армяне потрясены обыском в доме депутата Манвела Григоряна, а особенно – масштабами григоряновских «пожиток». Помимо депутата, которого уже лишили неприкосновенности, арестованы все проживающие в Армении воры в законе. Потенциальные фигуранты пребывают в глубоком шоке. Да, именно так выглядит борьба с коррупцией, искоренить которую возможно лишь, имея на то государственную волю. Это не корзинка, занесенная Улюкаеву от Сечина – с целью сгноить в тюрьме неугодного министра, а планомерное выкорчевывание с государственного поля всех цветущих сорняков, прикрывающихся мандатами, должностями, связями, корочками и справочками. Поэтому и напрягаются в Кремле, шевеля всеми щупальцами, ибо соображают: система ветхая, и надеяться на её бесконечную пролонгацию бессмысленно. Однажды она обязательно даст критический сбой и разлетится вдребезги. А потом придет свой русский Пашинян, и начнутся обыски, аресты, шмон, камера, допросы и сроки с конфискацией. Запад с удовольствием заморозит счета, и закончишь ты свои дни в углу какого-нибудь барака, опущенный презираемыми тобой уголовниками. И все, что ты наворовал, прикрываясь верностью карликовому тандему, подличая и притворяясь, пошло прахом.
Этих, кто «в доле и в системе» — не более четверти от всего населения России. Если добавить одураченных, число которых в сезон предвыборной пропагандистской горячки естественным образом возрастает – получится треть. И та – с натяжкой. Остальные две трети населения либо «не связываются», опасаясь ненужных рисков, либо ждут «Часа Икс», чтобы однажды выйти и отомстить за все. Поэтому задача Путина, Лубянушки и «АПэшечки» — оттягивать сей момент, чтобы у большинства сложилась ложная иллюзия вечно отодвигающегося горизонта: «Это – навсегда. Не при нашей жизни. Когда-нибудь потом, лет через …цать». Убить надежду, обездвижить, лишить смысла, погасить внутренний запал, заболтать, уничтожить даже робкую мысль о возможном сопротивлении, не говоря о возмездии. Неминуемость повергает систему в состояние животного страха. И она ждет своего промаха с не меньшим ужасом, чем те, кто сегодня задаются вопросом «Когда?» Скорее, чем вы думаете, и жестче, чем ожидаете.
Обвал доходов россиян еще до повышения НДС составил 10%. А ведь скоро начнется тотальное повышение цен в связи с удорожанием бензина и утяжеления налогового бремени. Если до этого хлеб стоил условных 20 рублей, то теперь его продадут вам по 35. Можно прожить без сыра и без масла, заменив его маргарином, но без хлеба-то не проживешь. Можно даже смириться с тем, что пенсия тебе не светит, но зачем отчислять деньги в пустоту? Между тем, это не совсем «пустота»: Пенсионный фонд России тратит на собственные нужды 117 мрлд. руб. в год и имеет самую большую среди развитых стран численность сотрудников. Зарплата руководителя фонда также далека от скромности и составляет почти 4 млн. рублей. Разумеется, вся эта ненасытная орава жаждет денег тех, кто вкалывает с утра до ночи, чтобы «обмакнуть клювик», как и положено мафии.
Россияне платят за то, чем никогда не воспользуются или получат, но с отрицательной оценкой качества: ужасное образование, чудовищную медицину, услуги чиновников на «отцепись». Зато у Кремля – острее штыки, зорче полицейщина и шире морда. А еще – огромное счастье в виде тушканчиковой оппозиции, выглядывающей из норки ровно настолько, насколько позволяет простреливаемое политическое поле. Критиковать ее нельзя: затопчут. Тут как у Экзюпери: «Крыса у нас одна, ее надо беречь…» Она вовремя выведет вас на улицу, и в нужный момент уведет, выпустив пар. А если ты недоволен такой травоядностью – так почему сам до сих пор не сидишь в тюрьме за убеждения или не валяешься на кладбище, геройски приняв на себя вражьи пули? Посему – вот тебе Яшин и вот тебе Собчак.
Увы, но такова историческая закономерность: в период безвременья пустоту заполняет эрзац. Систему же неизбежно сметают не приемлющие полумер. И в новой политической конфигурации не найдется места тем, кто сегодня блистает на оппозиционных трибунах и отважно ведет за собой. Новая реальность отторгнет их без сожаления. И признаки наступления этой реальности можно будет угадать по появлению новых личностей, за которыми не тянется шлейф прошлых сомнительных историй. Часть из них будет вовсе не симпатична, другая – вызовет массу вопросов и споров, но объединять их будет новизна и незаезженность. Здесь главное – распознать откровенных популистов и провокаторов, коих, безусловно, попытается внедрить гибнущая система – как умирающая матка, стремящаяся отложить массу личинок во имя спасения собственной популяции. И если получится – можно будет говорить о необратимости процесса возвращения страны (или хотя бы ее части) на цивилизованные рельсы.
А пока – наслаждайтесь последними яркими впечатлениями от процесса падения. Ускорение нарастает, картинки меняются с такой калейдоскопической быстротой, что захватывает дух, разжигая любопытство: что же будет дальше? Так интересно человеку, спешащему получить мзду за выигравший в лотерее билет – за мгновение до смертельного удара кирпича по черепу.
