В последнее время ходит много разговоров о зарождающемся российско-китайском альянсе, особенно актуальном в свете интереса, который Америка сейчас питает к Азии. В то время как Америка сосредотачивает внимание на азиатском регионе, Россия со все большим волнением наблюдает за событиями на Дальнем Востоке и постепенно наращивает экономическое и политическое присутствие в регионе.
http://thediplomat.com
Но несмотря на недавние совместные учения, приезд Си Цзиньпина, первым делом после своего назначения посетившего Москву, а также другие знаки, говорящие нам об усилении сотрудничества между двумя странами, эти отношения представляют собой лишь результат кратковременного расчета со стороны России: пусть сейчас интересы двух держав совпадают, в действительности именно Китай представляет для России наибольшую угрозу на востоке.
Когда бы Москва не приняла решение отстаивать свое положение в том, что она считает частью своей сферы влияния, или же просто в определенном регионе, можно уверенно говорить о том, что армия будет ключевым компонентом ее стратегии. И в последнее время военные силы России действительно стали проявлять значительно большую активность: идет модернизация, создаются высокотехнологичные мобильные войска, которых, как считает Путин, Россия вполне достойна, в стратегически важных направлениях проводится все большее число учений.
В середине июля Китай и Россия организовали наиболее масштабные на данный момент совместные российско-китайские морские учения. Китай отправил на них семь боевых кораблей (приписанных к флотам Северного и Южного моря), в то время как со стороны России помимо других кораблей в маневрах приняли участие ее флагман Тихоокеанского флота, ракетный крейсер «Варяг», принадлежащий к классу «Атлант», а также подводная лодка серии «Палтус». Мало того, что это были крупнейшие морские учения, в которых когда-либо принимала участие китайская сторона, программа этих маневров, помимо антипиратских и антитеррористических упражнений, включала в себя еще и организацию противолодочной, противовоздушной и противокорабельной обороны – навыки, несомненно направленные на борьбу с флотами США или его морских союзников. Они также хронологически следовали прямо за совместными учениями американского флота, морских пехотинцев США и Сил самообороны Японии, прошедшими в Южной Калифорнии, однако командир китайской флотилии вице-адмирал Дин Ипин заявил, что учения не направлены ни на какую третью сторону и проводятся только для улучшения взаимодействия Китая и России в борьбе против пиратства. Однако многие эксперты все же расценили эти учения как еще один знак сближения России и Китая в свете необходимости противодействовать Америке, наращивающей свое присутствие в регионе.
Однако сотрудничество Китая и России вовсе не ограничивается масштабными военно-морскими маневрами. Два этих государства также ежегодно проводят антитеррористические учения, называемые «Мирная миссия». В этом году они прошли на полигоне Чебаркуль под Челябинском. Маневры проводятся каждый год, организатором по очереди выступает то Россия, то Китай – еще один пример «военного сближения» двух стран. «Мы успешно сотрудничаем и в сфере военно-технического сотрудничества, и в военной области, — отметил Владимир Путин в ходе встречи с членом китайского Госсовета Ян Цзечи. — Свидетельством тому являются учения, которые только что прошли».
Как бы то ни было, пусть как Владимир Путин, так и секретарь Совета Безопасности России Николай Патрушев в самых светлых тонах описывают качество российско-китайских отношений, исторические и геополитические соображения заставляют нас скептически относиться к любым перспективам возникновения альянса.
Сразу вслед за своими хвалеными военно-морскими учениями Россия организовала крупнейшие военные учения со времен развала Советского Союза. Целью было продемонстрировать миру современность российских вооруженных сил и показать, что Китай – не единственная страна в регионе, обладающая внушительной военной мощью. С января этого года это были уже третьи внеплановые учения, проверяющие степень готовности войск. Предположительно, в них приняли участие около 160 тысяч солдат, 130 самолетов и 70 кораблей (Россия также провела в регионе еще одни учения, явным образом предназначенные именно для китайских глаз. Эти учения, называемые «Восток», гораздо менее масштабны, но их суть в демонстрации готовности российской армии к организации общевойскового боя). Как мы уже писали, есть серьезные основания сомневаться в том, что в учениях приняло заявленное число военнослужащих и что они действительно прошли на том уровне, о котором говорил Путин («более чем удовлетворительно»). Как в своей статье в The Moscow Times написал Александр Гольц, «желая впечатлить Путина, армейская верхушка ради получения крайне раздутой цифры сложила вместе подразделения Восточного и Центрального военных округов… (хоть) большая часть этих войск нигде не задействовалась и ни в каких маневрах участие не принимала».
Ключевая роль в плане России упрочить свое положение в регионе предназначается Тихоокеанскому флоту. Этот флот, долгое время прозябавший в тени других флотов России, теперь собираются усилить некоторыми из наиболее новых и впечатляющих приобретений российского военно-морского арсенала. На данный момент Тихоокеанский флот включает в себя ракетный крейсер «Варяг» класса «Атлант», четыре эскадренных миноносца типа «Фрегат», один эскадренный миноносец типа «Сарыч», а также несколько десятков подводных лодок (включая пять ракетных подводных крейсеров стратегического назначения типа «Кальмар», способных совершать запуск ядерных баллистических ракет). Однако благодаря желанию Путина модернизировать армию – и особенно флот – и тому, что российское руководство все же стало обращать внимание на вечно страдавший от недостатка финансирования Дальний Восток, Тихоокеанский флот российского ВМФ скоро обзаведется несколькими судами из числа наиболее современных и наиболее технически совершенных кораблей, имеющихся в распоряжении российского флота. В ближайшие годы в распоряжение Тихоокеанского флота предположительно должны поступить: один из двух принадлежащих России новых универсальных десантных кораблей типа «Мистраль», несколько корветов типа «Стерегущий», а также первая подлодка проекта «Борей». Всего планируется построить восемь РПКСН класса «Борей». Каждый из этих ракетных подводных крейсеров стратегического назначения будет иметь на вооружении 16 баллистических ракет «Булава». Предполагается, что эти подлодки станут ядром российских морских средств ядерного сдерживания.
Причина проведения целой волны внеплановых учений заключается в желании показать, что российская армия – уже вовсе не та тень, которой страна владела в 90-х годах, и что многие из кричащих недостатков российских ВС, выявленных в 2008 году в ходе военного конфликта с Грузией, уже устранены. Россия всеми силами старалась продемонстрировать, что на Дальнем Востоке она не собирается довольствоваться ролью второстепенного игрока и не допустит, чтобы регион целиком подпал под демографическое и экономическое влияние Китая. Вот почему эти попытки провести серию столь масштабных и эффективных военных учений так важны для описания российского присутствия в регионе.
Степень обеспокоенности России по поводу постепенного проникновения Китая на Дальний Восток начала возрастать еще со времен развала Советского Союза. По сравнению с 1991 годом, население региона сократилось на 20% и сегодня составляет всего 6,28 миллиона человек. К 2025 году это число сократится до 4,7 миллиона. В это же время в трех северо-восточных регионах Китая проживает 110 миллионов жителей. Еще в 2000 году, вскоре после начала своего первого президентского срока, Владимир Путин предупреждал, что если не остановить демографический спад, то россиянам, живущим в приграничных регионах, придется учить китайский, японский и корейский. Спустя 12 лет Путин вернулся к этой теме, назвав развитие российского Дальнего Востока «важнейшей геополитической задачей», стоящей сегодня перед страной.
Как бы то ни было, новости этого лета по-прежнему свидетельствуют о быстром экономическом и демографическом проникновении Китая в регион. В середине августа было объявлено, что Государственный банк развития Китая планирует вложить до 5 миллиардов долларов в различные проекты на территории Дальнего Востока в рамках российской государственной программы развития региона. Это лишь последнее из целого ряда решений со стороны России, позволивших Китаю играть все более важную роль в развитии Дальнего Востока – факт, с которым Кремль все больше смиряется с того самого момента, как премьер-министр Медведев в мае 2009 года открыто призвал привлекать китайских инвесторов в регион. Что ж, премьер-министр может быть доволен: согласно сообщениям китайских СМИ, в 2011 году прямые инвестиции в Дальний Восток составили со стороны КНР почти 3 миллиарда долларов, в то время как Москва вложила туда же едва ли треть этой суммы за весь 2010 год.
Возрастающая роль Китая в жизни региона была в дальнейшем отмечена в статье, изначально опубликованной в японских СМИ и в августе переведенной на русский язык под заголовком «Китаизация Сибири». Авторы статьи сосредоточивают внимание на том, что население китайских районов, граничащих с Россией, по-прежнему находит лазейки, позволяющие им пересекать границу и работать на Дальнем Востоке в сфере сельского хозяйства, несмотря на запрет на владение или аренду земли. Китайский работник по имени Су Шаоюань, опрошенный журналистами японской газеты, для покупки необходимого оборудования взял кредит в банке на несколько миллионов долларов. Теперь он использует это оборудование на российском Дальнем Востоке. Чтобы выплатить проценты по взятым кредитам, ему нужно всего несколько лет, после этого он начнет зарабатывать неплохие деньги. Россия раз за разом предпринимает попытки остановить поток китайских работников, но Су говорит: «даю 100%, что количество китайцев, которые, увидев мой успех, захотят инвестировать так же, увеличится. Потому что эта земля — настоящий клад». В статье также написано о том, что несмотря на заявления об обратном, местное правительство настолько обеспокоено резким ростом китайского влияния в регионе, что власти активно призывают японских инвесторов создавать здесь свои собственные сельхозпредприятия, чтобы как-то противодействовать Китаю.
В Еврейской автономной области, маленьком административном районе, изначально созданном в сталинские времена в качестве места обитания еврейского населения Советского Союза, 40% пахотных угодий находится под управлением китайцев. По сообщению китайских СМИ, 90% овощей, проданных на Дальнем Востоке в 2012 году, были выращены китайскими работниками. Согласно оценкам, число временных работников из Китая, проживающих на Дальнем Востоке, достигает цифры в 0,5 миллиона человек.
Как мы можем видеть из заявления, сделанного Медведевым в августе 2012 года, подобные демографические изменения весьма беспокоят российских лидеров. Через два дня после того, как две новые атомные подлодки были направлены в Тихоокеанский флот, Медведев предупредил, что жизненно важно защитить Дальний Восток от «избыточной экспансии граждан иностранных государств», и призвал «не допускать негативных проявлений всякого рода, включая формирование анклавов из числа иностранных граждан». И если первое высказывание было явно адресовано Китаю, вторая часть речи премьер-министра может точно так же выступать в качестве предупреждения о возможных последствиях дальневосточной политики самой Москвы.
Программа Виктора Ишаева, чиновника, которого Путин сделал министром по развитию Дальнего Востока, предполагала привлечение 1,1 миллиона новых рабочих рук в регион в течение первых 10 лет после запуска, включая работников из-за рубежа. От 240 тысяч до 280 тысяч временных работников с Кавказа или из Средней Азии уже прибыли на Дальний Восток – огромная цифра при таком маленьком и постоянно уменьшающемся местном населении. Цитируя недавнюю аналитическую статью Марлен Ларюэль, «экономическое развитие российского Севера будет означать для России резкий прирост мусульманского и среднеазиатского населения – дилемма национальной принадлежности, которую Москва на данный момент не способна разрешить». Если принять во внимание конфликты на этнической почве, все чаще разгорающиеся между представителями русского населения и гастарбайтерами, приехавшими из бывших советских республик, то логично предположить, что стратегия привлечения трудовых мигрантов не только обострит в регионе этнический вопрос, но и заставит многих русских покинуть Дальний Восток. Русское население дальневосточного региона уже уезжает оттуда по ряду причин: кого-то не устраивает низкий уровень зарплат, кого-то – плачевное состояние местной инфраструктуры. Причем все больше людей, покидающих родные места, переселяются не в европейскую часть России, а в Китай.
Российские политики выступили с еще одним предложением по развитию Дальнего Востока: переместить российскую столицу в азиатскую часть страны. Несмотря на всю абсурдность самой идеи переместить сотни тысяч чиновников на другой континент, эта мысль была поддержана министром обороны Сергеем Шойгу и, совсем недавно, еще и мэром Владивостока. Более всего появление подобных идей говорит нам о том, что Москву все больше беспокоит перспектива просто потерять регион, оставшийся без лишнего внимания. Пока что все усилия по развитию Дальнего Востока приносили весьма неоднозначные результаты: Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации (московский экспертно-аналитический центр), в недавнем интервью раскритиковал действия министерства по развитию Дальнего Востока. Он отметил, что единственный успех чиновников министерства – космодром Восточный. При этом китайская экспансия в регион, добавил он, идет «достаточно энергично». Таким образом, блестящие новые игрушки для Тихоокеанского флота ярко контрастируют не только со стремительно разрушающейся местной инфраструктурой, но и с теми самыми силами, которые формируют будущее региона: в 21 веке геополитическая мощь определяется не только демонстрацией новейших военных разработок, но и прямыми инвестициями из-за рубежа и трудовой миграцией. Поэтому вся мощь Тихоокеанского флота вряд ли чем-то в состоянии помочь России удержать регион, продолжающий медленно уплывать за пределы сферы ее влияния.
Эндрю Боуэн, Люк Родхеффер ("The Diplomat", Япония)
Эндрю С. Боуэн – член редакции журнала The Interpreter, специализирующегося на переводах русскоязычной прессы и аналитических статьях о России (в котором эта статья изначально и была опубликована), а также сотрудник компании Wikistrat, предоставляющей услуги по анализу стратегических проблем.
Люк Родхеффер – аспирант и независимый аналитик, специализирующийся на евразийской геополитике и проживающий в Стамбуле. Его статьи публиковались в таких изданиях как The Interpreter, New Eastern Europe, а также International Affairs Review, издания Университета Джорджа Вашингтона.
