Владимир Милов: Вся ситуация в России очень напоминает конец 80-х гг

12

Я как раз пишу о том, что, очевидно, что невыгодно сегодня российскому руководству вести войну на два фронта, бороться с тяжелыми проблемами, которые порождаются экономическим кризисом у нас дома, в России, и одновременно продолжать ту легкую форму «холодной войны», которую они затеяли в связи с событиями в Грузии в августе, и вообще с такой конфронтационной внешней политикой антизападного типа.

Я вижу, что наметились конкретные шаги, которые, наверное, можно интерпретировать как попытку, если хотите, демонтажа вот этого западного вектора внешней политики. И я считаю, что эти шаги в любом случае надо приветствовать, хотя я подвергаю сомнению то, что это пока стало системой – скорее наметилась тенденция неких жестов в сторону Запада, и я говорю о том, что это в любом случае хорошо, потому что конфронтация с Западом, естественно, для интересов России ничего хорошего не означает. Каспаров как бы продолжает эту же самую мысль и его статья, скорее, обращена к западным политикам, экспертам, сообществу международному – он говорит о том, что не нужно какие-то жесты и косметические шаги по нормализации отношений, которые, в общем, пока еще не так много значат, воспринимать за чистую монету. В этом смысле я согласен с ним и тоже пишу о том, что, может быть, идеи Путина и Медведева являются попыткой стать таким российским генералом Мушаррафом, если хотите, с которым лучше не ссориться, поддерживать достаточно нормальные отношения, при этом закрыв глаза на то, что в России проблемы с демократией, с правами человека, и так далее. Каспаров правильно пишет о том, что не нужно закрывать на это глаза, что запад не должен купиться на путинскую удочку. Хотя, в принципе, мне кажется, мы оба согласны с тем, что нормализация отношений и снятие конфронтации и напряжения – это в любом случае хорошо.

Вообще вся ситуация, которая сегодня происходит в России – и в отношениях России с Западом – она очень напоминает конец 80-х гг. Вообще мы видим в этих новых условиях кризиса явную попытку удержать любой ценой ту прежнюю общественно-политическую модель, которая сложилась в России в последние годы – на это бросаются огромные ресурсы, не жалеются никакие деньги, — это очень напоминает то, что делал Горбачев в 80-е гг., при том, что система-то вообще негодная, и ее надо менять в первую очередь. Но об этом не думают, и пытаются удержать старую. Вообще, что касается Запада, еще одна аналогия состоит в том, что Советский Союз, когда трудности усугубились в конце 80-х, вынужден был обратиться к западу за кредитами огромными, чтобы продолжать финансировать эту старую систему — это вообще-то очень похоже на то, что у нас может начать происходить. Потому что в связи с огромным дефицитом бюджета и в связи с тем, что Россия чрезвычайно быстро проедает накопленные финансовые резервы, у нас уже даже властные чиновники открыто заговорили о том, что мы можем начать занимать деньги на внешнем рынке опять, чего мы не делали давно – для того, чтобы финансировать, например, дефицит бюджета, который — тут уже называли цифры – может 10% ВВП составить в этом году.

Вот здесь как раз та же самая эклектика присутствует, которая была у Горбачева – помните, Горбачев просил у Буша-старшего денег взаймы, а другой рукой устраивал то, что он устраивал в Прибалтике, в Вильнюсе – подавление демонстраций протеста, и так далее. Собственно говоря, это напоминает то, что делают сегодня российские власти: одной рукой они делают какие-то жесты в сторону запада, а другой давят на Киргизию, чтобы там закрыть жизненно-важную американскую базу, которая им необходима для того, чтобы успешно осуществлять операцию в Афганистане.

Эта геополитика, в которую играют сегодня российские власти, она вообще-то недешевая оказывается. Мы можем достаточно серьезные ресурсы бросить на помощь Киргизии ради того, чтобы фактически заплатить за вывод американской базы. Вопрос – надо нам это, или нет, с учетом того, что в принципе, американское военное присутствие в Афганистане для нас выгодно, и киргизская база в этом плане играет стратегическое значение. Но для киргизской стороны понятно, что позиция для нее неоднозначна. Понятно, что они, если выставят американцев из своей страны, то обратно те уже могут не вернуться, а рядом, например, есть Узбекистан, с которым у США отношения в последнее время активно формализовываются. И если базу откроют уже там, которую американцы были вынуждены вывести из-за того, что рассорились по правам человека и Андижанским событиям в Узбекистане, но сейчас там все нормализовалось, и база в Узбекистан может вернуться. А киргизы могут и базу американскую потерять, и российскую помощь не получить — что, кстати, с учетом российских финансовых трудностей абсолютно реальный вариант. Поэтому, конечно, они ведут себя тоже неоднозначным образом и думаю, что еще поиграют с нами по поводу этого вопроса.

Сейчас около 45 долларов стоит нефть, а на самом деле я думаю, что для того, чтобы продолжать прежнюю политику, которую выстраивали в предыдущие годы, нужно, чтобы хотя бы к 70-80 цена вернулась. Бездефицитность бюджета нынешнего года обеспечивается при цене 70. на самом деле ясно, что они хотят «поколдовать на воду» и попытаться заглянуть в зеркало, узнать, что будущее готовит нам. Но, честно говоря, все прогнозы по ценам на нефть плохие, по крайней мере, на этот год уж точно.

Дело в том, что тогда политика была совершенно другой. Тогда ориентировались в плане роста экономики, прежде всего, не на государственные расходы, а на частные инвестиции. Тогда государство проводило очень осторожную бюджетную политику, бюджет рассчитывался из 21 доллара за баррель, государство контролировало расходы – на аппарат, спецслужбы, государственные корпорации – не было еще создано вот этих монстров, которые пожирают деньги государственные десятками миллиардов, такие, как Ростехнологии г-на Чемизова, и так далее. Тогда была совершенно другая политика при Кабинете М.Касьянова и тогда не удивительно, что страна росла более высокими темпами, и при этом бюджет был сбалансирован при цене нефти в 20 долларов. Мы видим, что в прошлом году цена российской нефти составила в среднем за год 96 долларов, и в стране начался мощнейший экономический спад со времен краха СССР. Так что мы видим, насколько разрослось и неэффективно стало наше государство буквально за несколько лет, что мы уже не можем справиться с ситуацией, когда цены на нефть, в общем, достаточно высокие — 45 долларов за баррель это приличная цена.

Люди не понимают всей природы экономических трудностей – им врут постоянно по телевизору, — они не видят альтернативы, потому что альтернативу не пускают в эфир, и так далее. И конечно, эти рейтинги — доверять им нельзя – ясно, что они не отражают реальную картину событий.

В этой ситуации – то, что Путин привык тянуть — будет работать, скорее, против него. Потому что положение в экономике будет усугубляться. Если он будет принимать такие антикризисные, в кавычках, меры, какие он принимает, то это только еще больше усугубит положение дел, потому что все это не помогает, а только ухудшает ситуацию. Думаю, что будет нарастать внутри власти давление по поводу того, чтобы все-таки подумать о том, не отправить ли это правительство в отставку, — так или иначе, уже голоса об этом звучат, и не только от представителей оппозиции, но и от тех, кто входит во властные коридоры – пока в кулуарах, но тем не мене, это уже перестало быть чисто теоретическим вариантом из области несбыточного, и ясно — вот Гарри Каспаров правильно говорит, что вероятность отставки правительства Путина, скорее всего, прилично отличается от нуля сегодня. И думаю, что по мере развития экономических проблем это будет становиться все более очевидным, и не только Медведеву, но и многим людям во власти, которые настроены на самосохранение, на то, чтобы спасти себя, возможно, в будущем, сбросив балласт из Путина, который будет, видимо, себя дискредитировать как лидер.

Есть, на мой взгляд, два сценария развития событий – если уж пытаться анализировать, как властная группировка может сама взять инициативу и попытаться сместить Путина. Это может быть ГКЧП-2 в виде неких совместных действий силовых структур — МВД, ФСБ и некоторых других силовиков. Но второй вариант, на мой взгляд, это наиболее вероятная опция, — когда различные представители олигархических структур, скорее всего, соберутся, и с помощью своих финансовых, в том числе, возможностей, найдут какого-то консенсусного, скорее всего, не силового кандидата, и будут пытаться двигать его для того, чтобы он в большей степени взял на себя ответственность за ту, в том числе, антикризисную политику, которая проводится. То есть, скорее кандидат от олигархии – не силовой вариант, не ГКЧП-2.

Вообще я считаю, что как раз Шувалов мог бы быть таким консенсусным кандидатом для властной группировки, который, в принципе, мог бы выглядеть как альтернатива Путину – не зря Путин напрягся, когда Шувалов успешно в июне выступил на Петербургском форуме.

Думаю, что в этой системе он бы вписался абсолютно как исполнитель на роль председателя правительства. Я слышал, что он сам хочет занять эту должность и активно предпринимает действия для того, чтобы показать — «вот видите, я главный антикризисный менеджер, назначьте меня». Думаю, что он устроил бы очень многих кандидатов — и силовиков и, кстати говоря, не-петербургскую олигархи. Оставшуюся от ельцинского периода – таких, как Абрамович, Дерипаска, например.

Патрушев, Черкесов, — всех отодвинули. Виктор Иванов перестал быть могущественным помощником, стал всего лишь каким-то главой Наркоконтроля, и вообще руководство силовых структур сегодня относительно слабое – ни Нургалиев, ни Бортников, ни зам.министра МВД Суходольский, который, видимо, будет назначен главным по подавлению протестов, в случае их возникновения – эти люди не обладают и долей того аппаратного веса, которым обладали те же Патрушев или Виктор Иванов, или Виктор Черкесов. Эти люди не пользуются популярностью среди среднего и рядового состава своих силовых структур. Поэтому я как раз считаю, что силенок для ГКЧП-2 у действующих силовиков на самом деле маловато.

Кстати. Я сегодня услышал, что Зюганов, например, по своей партии, КПРФ, разослал директиву о том, чтобы готовить силы и ресурсы для возможных досрочных парламентских выборов, например, в стране. Это такой серьезный сигнал о том, что в принципе, радикальный сценарий многие рассматривают как вполне вероятный.

Пока ресурсы есть, хотя совершенно очевидно, что мы входим в 2010 год, скорее всего, уже без наличия того масштаба ресурсов, который есть у государства сегодня. Наверняка будут проедены ресурсы финансовые, наверняка мы не выйдем из экономического кризиса, а самая его плохая фаза только начнет разворачиваться, — все то, что в конце 2009 года наступит опять рост — это все сказки, естественно. Россия, наверное, года на четыре-пять входит в фазу серьезных экономических трудностей. По крайней мере, в ближайшие пять лет возобновления роста я не вижу. Даже если мы достигнем дна и наступит падение — просто нет механизма выхода из кризиса, непонятно, откуда придут капиталы, которые будут опять финансировать развитие нашей экономики — плохая ситуация с деловым климатом, вряд ли будут масштабные инвестиции. Поэтому думаю, что нам долго придется колупаться в таком состоянии, и ресурсы, которые вроде бы есть сегодня – уже многие эксперты говорят о том, что примерно год остался до того, как они будут исчерпаны. Я думаю, что это будет такое критическое время, когда и популярность власти начнет падать. И инструментов для контроля ситуации у нее останется меньше, и возможно, инстинкт самосохранения толкнет властную группировку к каким-то внутренним политическим изменениям.

 

 

Поделиться:
Загрузка...