В поисках сакральности

 Не надо быть большим пророком, чтобы понимать, что транслировать патриотическое кино о прицельном бомбометании в Сирии бесконечно невозможно.

Рано или поздно бомбы закончатся. Или наш народ с пластилиновыми мозгами все-таки начнет задавать вопросы. Что же получается: мы день за днем бомбим, бомбим успешно, уничтожаем склады, перевалочные базы и далее по списку – а враг никак не побеждается. Если помните, когда-то такая же история была в Чечне. Мы ежедневно кого-то ликвидировали, обезвреживали, уничтожали самых главных командиров, а война не кончалась и не кончалась, и нам неизменно докладывали, что численность боевиков примерно равна пяти тысячам. Нечто похожее ждет нас и в Сирии. Но если от Чечни деваться нам было некуда, то в Сирии возможны варианты. И в какой-то момент нужно будет ловко переключить внимание публики на другой объект. Вот как сейчас нас переключают с Донбасса на Сирию, также и с Сирии переключат на что-то другое.

Средняя Азия на роль новой цели нашей победоносной войны подходит очень хорошо. Во-первых, она ближе, чем Сирия и понятнее, чем Сирия. В Сирии мы воюем за что-то совсем уж притянутое за уши. Ну, то есть генеральная линия противостояния Америке и терроризму в одном флаконе понятна, но Сирия все равно чужая и далекая. А Средняя Азия – это же действительно наша территория. Еще недавно называвшаяся Советским Союзом. И бывшие советские республики нам действительно близки и интересны. А террористическая угроза в этом районе на самом деле реальна. Вот в то, что именно через полупрозрачную границу с этими республиками к нам может полезть всякая бандитская зараза – я очень даже верю!

Так что когда Путин стращает всех скопом и говорит, что положение критическое, он не шибко-то и сгущает краски. Но умные люди неоднократно говорили, что угроза оттуда во сто крат реальнее, чем угроза со стороны мифических бандеровцев. Что нам бы лучше исламский радикализм мониторить и границу охранять на этом рубеже, чем заниматься ерундистикой типа строительства Русского Мира в самопальных республиках и рвать в клочья отношения с братским народом Украины. И вот теперь Путин сам говорит об опасности и необходимости действовать. Но он говорит это потому, что действительно понимает всю серьезность положения или у него другой мотив? На Украине мы якобы защищали «доведенное до отчаяние русскоязычное население», а на самом деле просто стремились развалить соседнюю страну и не дать ей уйти на Запад.

В Сирии мы обещали бороться с напрочь запрещенным в РФ Исламским Государством, а на самом деле спасаем Асада. Так вот в Средней Азии мы будем бороться с исламистами или собираемся обратно пришпандорить к себе все эти бывшие наши республики? Или мы не можем стерпеть, что Америка не уходит из Афганистана и в пику ей тоже намерены поучаствовать в заварушке? Или нам действительно нужна новая сцена для ура-патриотической постановки и пришел черед Средней Азии? Вот видите, как много всего можно спрятать за правильными словами президента России.

Антон Орехъ