Рукопашный Майдан

Украинская неизвестность, как смерть, уравнивает всех — и президента, и самого рядового журналиста. Подобно лобовой атаке двух пилотов – победит тот, кто готов идти до конца. Но никто и никогда заранее не знает, у кого крепче нервы.

Когда главный редактор просит статью о том, что будет с Украиной в ближайшие дни, журналист превращается в беллетриста. Он не одинок – вместе с ним точно таким же вопросом задаются Янукович, Кличко, Яценюк, немного Путин, совсем малость – Обама, а еще "Беркут", националисты, "титушки", бабушки, студенты и далее по списку. Особенность украинской ситуации в том, что никто не знает – что именно ждет страну.

Это как в шахматах – мы можем примерно оценить мастерство и опыт соперников, посчитать их шансы на победу, но то, как будет развиваться партия, угадать не получится. При этом все знают, что конь ходит буквой "Г", "слоны" — по диагонали, а король – только на один шаг. Применительно к Украине это означает вот что.

Первое. Любая страна в аналогичной ситуации всегда движется по синусоиде революция-реакция. Если не происходит первой, наступает вторая, и наоборот. Если Майдан на два месяца застывает в безобидной для власти форме, то та начинает "включать ответку". Что и произошло в Украине, где провластное большинство в Раде приняло пакет законов, загоняющих протест в кухонное гетто. В результате Майдан превратился из трехколесного велосипеда в двухколесный – теперь если он остановится, то опрокинется.

Второе. Стратегия ухаживания за девушкой может быть разной. Можно водить ее в театры, неспешно себя презентовать и надеяться на благосклонность. А можно обнаружить, что ее домогаются хулиганы и полезть за нее в драку. В первом случае вы рискуете только кошельком, во втором – здоровьем или жизнью. Первая стратегия – длинная, вторая – короткая. Всю свою политическую жизнь лидеры украинской оппозиции предпочитали девушку ужинать, теперь пришла пора за нее заступаться. Но пока что Яценюк и Тягнибок напоминают мажоров, которые мямлят в темном переулке что-то насчет "давайте искать компромисс". Кличко на их фоне выглядит увереннее, но и он пока не понимает, как ему быть, если по одну сторону баррикад пальцы тянутся к булыжникам, а с другой – к куркам.

Третье. Особенность любой революции – ее выигрывает не тот, кто начал, а тот, кто сумел закончить. Оппозиционеры Майдан не собирали, соответственно, они не могут его и распустить. Сегодня они подстраиваются под протест, а не он под их чаяния. Чтобы в тебе опознали командира, ты должен быть впереди. Тот же Кличко должен понять, что политический сезон "белых перчаток" уже позади, теперь ему предстоит решить — готов ли он узнать, как глубока кроличья нора. Вот Арсений Яценюк, например, дал понять, что не готов.

Четвертое. Любой протест борется за идеи до первого убитого. Если у Майдана появится свой мартиролог – неважно с чьей стороны – то это будет означать переход от "войны за правила" к "войне без правил". Тогда тот же "Беркут" будет уже не просто "выполнять приказы начальства", а начнет мстить за Сашку-Лешку-Ваньку. Точно так же, как и протестующие получат весомый повод биться не за себя, а "за того парня". Именно поэтому я держу пальцы крестиком всякий раз, когда просматриваю сводки с киевских улиц.

А еще вполне возможно, что через год какие-нибудь эксперты будут с тщательно скрываемой скромностью твердить: "А я еще тогда говорил…" Пройдет еще пара лет, и их непримиримые оппоненты будут злорадно повторять эту же самую фразу. Ничего удивительного: это Украина – страна, способная опрокидывать любые конструкции. Временами даже те, на которые она сама опирается.

Павел Казарин