Многое из того, как мир выглядит сегодня, с его повсеместной свободой, беспрецедентным благополучием (несмотря на нынешний экономический кризис) и отсутствием войн между великими державами, мы воспринимаем как нечто само собой разумеющееся.
В 1941 году во всем мире существовала лишь дюжина стран с демократической формой правления. Сегодня их число переваливает за сотню. До 1950 года в течение четырех веков мировой ВВП рос менее чем на 1% в год. Начиная с 1950 года, он рос в среднем на 4% в год, и миллиарды людей перестали жить в нищете.
В первой половине XX века произошли две самые разрушительные войны в истории человечества, а в предыдущие века войны между великими державами были почти постоянными. Но за последние 60 лет ни одна великая держава не вступила в войну.
Именно такой мир создала Америка, став глобальным лидером после Второй мировой войны. Сможет ли подобный мировой строй сохраниться, если статус Америки как великой державы ослабеет? Некоторые американские интеллектуалы настаивают на том, что «постамериканский» мир не будет сильно отличаться от американского, и единственное, что нам необходимо делать, — это «сделать управляемым» процесс ослабления Штатов. Но это — попытки выдать желаемое за действительное. Если баланс силы сместится в сторону других держав, мировой порядок неизбежно изменится с тем, чтобы отвечать их интересам и предпочтениям.
Возьмем вопрос демократии. На протяжении нескольких десятилетий баланс силы в мире благоприятствовал демократическим правительствам. В подлинно постамериканском мире баланс сместится в сторону автократий великих держав.
И Китай, и Россия уже защищают диктаторов вроде сирийского Башара Асада (Bashar al-Assad). Если они получат больше влияния в будущем, мы увидим меньше переходов к демократии и больше автократов, сохраняющих власть.
А что же со свободным рынком и экономическим порядком свободной торговли? Китай и другие развивающиеся державы, получающие столь крупную выгоду от нынешней системы, заинтересованы в том, чтобы сохранить ее. Они не будут убивать курицу, которая несет золотые яйца. Но китайская форма капитализма сильно подчинена государству, главная цель которого – сохранение позиций правящей партии.
Несмотря на то, что китайцы получают выгоду от открытого международного экономического порядка, в какой-то момент они могут подорвать его, просто потому, что, являясь автократичным обществом, своей главной целью они ставят сохранение контроля государства над богатством и той властью, которую оно приносит. Они могут убить курицу, так как не смогут понять, как сохранить жизнь и себе, и ей.
И наконец, что же насчет продолжительного мира, который сохраняется между великими державами в течение последних 60 лет? Многие представляют, что американское господство заменится неким подобием многополярной гармонии. Но многополярные системы никогда исторически не были мирными или стабильными.
Войны между великими державами были обычным делом, если не сказать, что постоянным, в длительные периоды многополярности в XVI, XVII и XVIII веках. XIX век был примечателен двумя продолжительными, почти по 40 лет, периодами мира между великими державами, которые тем не менее были прерваны крупнейшими войнами, достигнув кульминационного момента — Первой мировой войны, самой разрушительной и смертоносной за всю историю человечества на тот момент. Эпоха американского превосходства показала, что не существует лучшего рецепта для мира между великими державами, чем уверенность в том, кто является хозяином положения.
Многие расценивают нынешний мировой порядок как неизбежный результат человеческого прогресса, как комбинацию развивающейся науки и технологий, все более глобальной экономики, усиления международных институтов, развивающихся «норм» международного поведения и постепенного, но неизбежного триумфа либеральной демократии над другими формами правления – сил перемен, которые находятся за пределами деятельности людей и наций. Но не было ничего неизбежного в том мире, который был создан после Второй мировой войны.
Международный порядок — это не эволюция, это навязывание. Это господство одного мировоззрения над другими, в случае с Америкой — господство либеральных принципов свободного рынка в экономике, демократических принципов в политике и мирной международной системы, которая это все поддерживает, над мировоззрением других народов и наций. Нынешний порядок продержится до тех пор, пока те, кто его поддерживает и получает от него выгоду, сохраняют волю и способность его защищать.
Если – и когда – американское господство пойдет на спад, институты и нормы, которые оно поддерживало, также угаснут. Либо они вовсе исчезнут все вместе по мере того, как мы будем переходить в новый мировой порядок — или беспорядок. Может быть, мы узнаем, что США были необходимы для поддержания нынешнего глобального строя, и что альтернатива американской власти — это не мир и гармония, а хаос и катастрофа, ведь именно так мир выглядел до самого появления американского порядка.
Роберт Каган — старший сотрудник по внешней политике Брукингского института. Его последняя книга называется «Мир, созданный Америкой» (The World America Madе). Он будет главным выступающим на конференции «Выборы-2012: глобальная задача для нового президента» 15 марта.
