С каких это пор самозащита стала преступлением?

Интересная у нас сегодня подача реальности: «воевать в стране хотят только националисты».

Не защищать, что является основой — а воевать.Крым Россия забрала — его наше население отдало бы и так, но, с…ка, «националисты рвались воевать»

На Донбасс зашли российские военные и техника — но туда ринулись добровольцы — националисты, они же не защищать туда поехали? Они просто воевать хотели, да? И это разные вещи?

У тебя дом горит — ты вызываешь пожарников. Они совершают действие по защите твоего дома, но по твоей логике — они националисты. Если защищать=воевать, то и спасать — нет такого понятия.

Полиция тебе должна, должна охранять твой покой, защищать тебя от злоумышленников, т.е. совершать действие по защите. Тоже, получается, националисты у нас на приусах. Если понятие «защищать», «спасать» у нас приравнивается к понятию «воевать».

Завтра твой дом долбанет снарядом. Кого на помощь позовешь? Националистов? Тех самых, которые на Донбассе территорию отстаивают? Но они же там просто воюют в свое удовольствие. У нас же армия и добровольцы на войне нас не защищают. Это просто националистические там забавы какие-то.

В головах зрителей рейтингового канала война плавно превращается не в освободительную, не в защиту своих территорий, а в игры националистов. Которые решили повоевать. А если бы они так не решили — то и войны бы не было, так? Уважаемый наш народ с кашей в голове.

Только где-то здесь за кадром банальная, простая мысль: забрали у тебя — защищайся. Обидели тебя — защищайся. Ударили тебя — защищайся. Это делают не только националисты. Это нормальная реакция здорового с адекватной оценкой человека.

С каких это пор самозащита стала преступлением?

Елена Кудренко

P.S.

Он переписывал номер моего оружия. Я стоял, смотрел на его сосредоточенное лицо и мне хотелось плюнуть ему в глаза. Сказать, нет, проорать, чтобы шел отсюда к чертовой матери. Он как будто это почувствовал и поднял на меня узкие глаза. Еще более суженные от осознания моей беспомощности, и от того, что может быть даже наслаждался происходящим.

– Где-то я тебя видел, с…ку… – пробормотал я сквозь зубы.
Он не расслышал. Просто еще раз поднял голову и шумно потянул носом:
– Чо?

Я мог бы ему рассказать, что это моя земля. Даже не в том плане, что украинская, это само собой – я вырос в соседнем селе. Я здесь гонял на велосипеде, среди полей пшеницы, в пыли и обгорелый под палящим солнцем. Бабка моя, не успев меня накормить, вскидывала руки и качала головой – опять к вечеру жди, негодяя. А я был счастлив. Я помню, как был счастлив здесь.

Он закончил и оглянулся, не замечая моего взгляда. Я знаю, и он знает, что происходит вокруг. Капитуляция. Среди этого позора я, и мои побратимы стояли, как оплеванные, копя ненависть внутри, униженные и оттого злые, как черти. Мы снова встретились с ним глазами.
Белая каска придавала ему статус, который тем не менее он так и не научился “носить” с достоинством.
– Ты русский?
– Чо?
– Ты русский? – спрашиваю.
Он ухмыльнулся и отошел. Я его запомнил. На всю жизнь. Встретимся.

Елена Кудренко

Советник секретаря СНБО по вопросам реинтеграции и восстановления оккупированных территорий Донбасса Сергей Сивохо анонсировал создание Национальной платформы примирения и единства, чтобы начать «поиск диалога на пути к миру». (Об этом сообщает Цензор.НЕТ со ссылкой на «Интерфакс-Украина»).
В частности Сивохо подчеркнул, что «большинство украинцев хотят именно этого, но воинствующее меньшинство продолжает диктовать старую надоевшую политику».

Значит «воинствующее меньшинство?» То есть те, кто пять с половиной лет прикрывал жопу Сивохи, пока он в тылу отсиживался? Кстати, почему в Киеве тусовался, а не в оккупированном Донецке? Там же все свои? Миролюбивые буряты, которые очень… очень, очень хотят мира, в отличие от воинствующего меньшинства!

Там еще было про очень строгого Владимира Александровича, которого лучше не злить!

Олексій Петров