После интервью Владимира Путина австрийскому телевидению многие наблюдатели не могли не отметить, что объяснение российским президентом причин и обстоятельств аннексии Крыма осталось практически неизменным – так, будто рассказывается не реальная история, а некий религиозный канон, тщательно выученный и очищенный от любых подлинных фактов, которые могли бы поставить под сомнение правдивость рассказчика.
Из этого можно было бы сделать вывод, что ситуацию с Крымом действительно невозможно будет решить, что она стала важной частью российского государственного мифа, что без аннексии Крыма Россия – не Россия. И даже если в этой стране сменится власть, то наследники Путина будут держаться за Крым и повторять журналистам практически ту же историю, которую сейчас рассказывает Путин.
Я бы не сказал, что Россия без Крыма – не Россия. Но то, что Путин без Крыма – не Путин, для меня очевидно
Все это было бы так, если бы мы до Крыма не жили бы в Советском Союзе или России и не знали ценности всех этих канонов. Я бы не сказал, что Россия без Крыма – не Россия. Но то, что Путин без Крыма – не Путин, для меня очевидно. Все правление российского президента отчетливо разделяется на время до Крыма и после. И если до Крыма можно было уверенно говорить о деградации режима и уменьшении базы его народной поддержки – не случайно власть от ставки на средний класс перешла на «Уралвагонзавод» – то после Крыма наблюдается консолидация общества на совершенно иной, имперской платформе. Другой платформы поддержки у Путина – тем более на фоне экономических и социальных проблем страны – похоже, просто больше нет. И именно поэтому он не может позволить себе отказ не только от Крыма, но и от «крымского канона».
Легитимность российской власти строится не на ее выборности, а на том, что актуальный правитель всегда лучше предыдущего
Но у наследника Путина будет совершенно другая ситуация. Более того, ему просто необходимо будет дистанцироваться от предшествующего правителя. Легитимность российской власти строится не на ее выборности, а на том, что актуальный правитель всегда лучше предыдущего. Хрущев лучше Сталина, Брежнев лучше Хрущева, Горбачев лучше Брежнева, Ельцин лучше Горбачева, Путин лучше Ельцина. Когда президентом был Медведев, даже в этой комичной ситуации многие номенклатурщики уже пытались вообразить, что Медведев лучше Путина – как же, либерал и «решительный человек», осадил Грузию.
Следующий президент России тоже будет лучше Путина. И ему необязательно держаться за путинские каноны. Имперский канон Сталина подразумевал добровольность присоединения союзных республик к СССР. Секретный протокол к пакту Молотова-Риббентропа, который объяснял, как на самом деле были присоединены страны Балтии, Сталин просто прятал в секретной папке. А потом Хрущев прятал. А потом Брежнев. Но Горбачев достал, как только возникла необходимость реального улучшения отношений с Западом и изменений в Советском Союзе.
Отказаться от аннексии Крыма очень просто. Нужно рассказать правду о том, как она произошла на самом деле
У Путина тоже есть что прятать в папке. Отказаться от аннексии Крыма очень и очень просто. Нужно рассказать правду о том, как она произошла на самом деле – и даже у российских граждан не возникнет сомнений в том, что это была именно оккупация и аннексия, а вовсе не «народное волеизъявление» и «страх перед националистами». С документами и стенограммами все это нетрудно будет доказать. Все эти документы, все эти стенограммы в кремлевских архивах есть и дожидаются своего часа. Часа краха «путинского канона».