Грозит ли миру «водный дефолт»?

В Стамбул к 16 марта съехалось несколько тысяч человек, которых в самом прямом смысле слова беспокоит жажда. Мировая. Здесь открылся очередной, уже 5-й Всемирный Водный Форум, который продлится до 22 марта.

Такие форумы проводятся и организуются по инициативе Всемирного Совета Воды – международной консультативной организации ООН со штаб-квартирой во французском Марселе. Весь «водный мир» планеты обычно собирается раз в три года. И, похоже, разговоры такие с каждым форумом становятся все острее.

Предыдущие страсти по воде кипели в Марокко (1997), Нидерландах (2000), Японии (2003) и Мексике (2006). Турция, можно сказать, не случайное место. Она расположена как раз между Востоком и Западом, между Севером и Югом на границе цивилизационных и религиозных разломов, по все стороны от которых культура потребления, отношения к, хранения и сохранения воды весьма различна.

Вода выглядит просто (если не брать, естественно, ее эстетического великолепия в виде рек, озер или океанов) только на первый взгляд. Но если к ней подойти как к ресурсу или, того хуже, к товару, то пресная вода преображается. Это, можно сказать – самая капризная племянница всех возобновляемых ресурсов человечества. И при этом – самая востребованная. Просто мы, по причине ее изобилия и доступности, отвыкли об этом думать. А зря. Форум как раз и собирается человечеству о воде напомнить. В настоящее время, по данным Всемирного Совета Воды, более 600 миллионов человек в мире живут в странах с «водным стрессом» или катастрофической нехваткой воды. По прогнозам ООН, к 2025 году это число может вырасти до 3,2 млрд человек.

Слева: вся вода на планете (1.4087 миллиардов квадратных километров), включая морскую воду, ледники, озёра, реки, облака и т.д.

Справа: весь воздух в атмосфере (5140 триллионов тонн), сжатый до плотности воды.

С водой вообще трудно. Ее трудно очищать до удовлетворительного качества. Если учесть все экономические составляющие и потребности в воде, ее очень трудно и затратно транспортировать на большие расстояния. Для этого надо строить каналы, что обойдется дороже, чем нефте- или газопроводы и «на выходе» вода окажется такой дорогой, что лучше бы ее не пить, а класть в банк. Но при всем при этом у воды нет никакой альтернативы. Нефть или газ все-таки можно заменить на водород, биотопливо, уголь, атом. Попробуйте все это пить вместо воды.

Пробы воды, собранные в реках и озёрах близ крупных городов Китая. Газировки и соки прямо из водоемов.

Промышленная и сельскохозяйственная составляющая воды сейчас гораздо больше, если так можно выразиться, человеческой. Без воды невозможно сегодня почти никакое промышленное или сельскохозяйственное производство.

Региональный «водный стресс» — это на сегодня уже не просто болезнь, а болезнь, потихоньку перерастающая в метастазы межгосударственных споров, порой довольно острых. Некоторые споры сегодня уже доходят до грани военных. Например, между Иорданией и Израилем, которые не могут поделить скудеющие запасы библейской реки Иордан.

Казахстан. Высохшее Аральское море.

Турция, Сирия и Ирак все втроем вроде принадлежат к мусульманскому лагерю. Но и им есть что делить – Тигр и Евфрат, в бассейнах которых все трое и расположены.

Турецкий проект «Большая Анатолия» по строительству серии электростанций и дамб на Евфрате даст Турции в четыре раза больше электроэнергии, чем в свое время «Дамба Гувера» США, и поможет оросить полтора миллиона гектар земель. Но из-за этих дамб в сирийском нижнем течении Евфрата будет на 40% меньше воды, а в иракском – на 80%. Ирак может вообще потерять 20% своих орошаемых земель. Точно так же обстоят дела с Таджикистаном и Узбекистаном: у первого – верховья рек, которые кормят второй.

Почти такие же проблемы сегодня в Африке с Нилом. Тысячи лет египтяне считали его только своим. Но теперь дела меняются. Сегодня в верхнем течении Нила, причем на обоих его ветках – на «Голубом Ниле» (Эфиопия) и на «Белом Ниле» (Судан), Аддис-Абеба и Хартум строят дамбы и электростанции, чтобы «поправить» свое энергетическое и экономическое здоровье. При этом у Эфиопии, рост населения которой обгоняет египетский примерно в два раза, есть сильное желание оросить 3,7 млн гектаров пустыни ( это больше, чем территория Бельгии). Египет может потерять тогда до 15% своих орошаемых земель. Если это не причина для конфликта, то трудно сказать, что же еще для него надо.

В Африке вообще большая проблема с «водной коммунальной системой». На «черном континенте» больше всего трансграничных рек и озер и даже подводных трансграничных водоемов. Нилом пользуются 10 стран, Конго – 9, Нигером – 11, Замбези – 8, Вольтой — 6 и Чадом – 5. Большая часть расположенных в бассейнах этих великих рек Африки стран находятся в категории «водо-стрессовых». Значит, конфликты по поводу воды уже заложены.

Шведский гидролог Малин Фалкенмарк (Malin Falkenmark) почти 20 лет назад лет назад разработала «индекс водного стресса» или water stress index, который принят в настоящее время за основной показатель уровня водоблагополучия человечества. Как пришла к нему шведка, рассказывать долго. Но пришла она вот к чему. По Фалкенмарк, среднему гомо сапиенсу нужно каждый день 100 литров (26 галлонов) пресной воды, чтобы пить, есть, готовить еду, мыться и т.д., стирать. В сельскохозяйственном, промышленном и энергетическом секторах экономики этот показатель надо умножить еще на 20. Фру Фалкенмарк «перелила» всю эту жидкость из дневного бассейна — в годовой, и получилось, что на душу населения в год нужно 1700 кубометров воды. Это – на грани «водного стресса». Все, что ниже, считается уже приближением к болезненным показателям. Отметка в 1000 тыс кубов воды на человека и ниже — знак водного голодания и экономической катастрофы.

Все подобного рода форумы предлагают или намечают меры по сохранению и защите водных ресурсов планеты. Иное дело, что правительства эти меры не интересуют.

Такие форумы хороши, впрочем, тем, что на них дается просто море водной статистики. Стоит в него нырнуть, и выяснятся невероятно любопытные вещи, которые, кстати, заставят любого больше уважать пресную воду.

Магнитогорск. Любители зимней рыбалки на реке Урал, на заднем плане сталелитейный завод.

Начнем с того, что Россия отнюдь не самая водная держава мира. Мы стоим на втором месте после Бразилии по возобновляемым ресурсам пресной воды. За нами следует Канада.

Воды в мире действительно много — 70% поверхности покрыто водой. Но из примерно 1,4 миллиардов кв. километров воды – 97,5% соленая и только 2,5% — пресная. То есть если бы всю земную воду можно было втиснуть в 5-литровую канистру, то на долю пресной воды в ней не осталось бы и чайной ложки.

Из примерно 35 млн км.кв. пресной воды большая часть – 24,4 млн км.кв. заперты в ледниках, льдах, вечной мерзлоте. 10,7 млн км. скрыты под землей. И, наконец, на долю рек Земли остается мизер – только 0,002 млн квадратных километра пресной воды или 0,01% от всех ее запасов во всех формах.

Главный источник всей пресной воды – океаны, из которых ежегодно испаряется примерно 500 000 квадратных километров воды (72 тысячи с водной поверхности суши).80% всех осадков обратно в океаны и выпадают.

И хорошо бы задуматься вот над чем. Пресная вода, как было сказано на открытии Форума, вовсе не значит — годная к употреблению. Из всех запасов пресной воды, которая не скрыта в шапках гор и ледниках на земле, 20% находится в недоступных для человека районах. А из 80% оставшихся две трети приходят, если можно так выразиться, не в то время и не в том месте – в виде сезонных муссонный дождей и наводнений. А такую воду использовать нельзя.

Андрей Федяшин, политический обозреватель РИА Новости