Общественный Строев

 Бывший член Политбюро ЦК КПСС, бывший председатель Совета Федерации и один из самых влиятельных политиков современной России Егор Строев вынужден был более четырех часов отвечать на вопросы следователя Следственного комитета при Генеральной прокуратуре России Александра Полшакова. В СКП Строева вызвали как свидетеля по делу его бывших первых заместителей Игоря Сошникова и Виталия Кочуева, подозреваемых в коррупции.
Еще несколько недель назад представить себе допрос орловского губернатора в Следственном комитете было решительно невозможно. Неприятности — если то, что происходит, можно назвать неприятностями — начались практически на следующий же день после отставки Строева с губернаторской должности. Его бывший зять, отставной генерал-майор ФСБ Александр Рогачев был застрелен неизвестными. Его дочь Марина вынуждена была досрочно оставить сенаторское кресло. А теперь и сам Строев должен давать показания по делу своих бывших первых заместителей — причем каждый, кто ознакомится с обстоятельствами преступлений, инкриминируемых орловским чиновникам, убедится, что они вряд ли могли действовать без согласования с шефом, практически полностью контролировавшим область. А когда речь шла о приватизации государственной собственности при участии первого вице-губернатора — то где был губернатор? Наверное, это тот вопрос, который следователь задавал Строеву. А с другой стороны, что ж он не задался этим вопросом, когда Строев приезжал на заседания Госсовета, общался с президентом и премьером, пользовался всеобщим уважением и даже благоговением?

Но дело даже не в этом. Дело в том, что за долгие годы властвования на Орловщине Егор Строев создал там идеальную модель современной России — только маленькой. "Семья", верные соратники, превращение государственного имущества в частное по мановению чиновничьей руки. И надо всем этим долгожитель-губернатор, помнящий еще Брежнева и сработавшийся с Горбачевым, Ельциным и Путиным. Непререкаемый авторитет, умелый политик, сильная личность, человек, знающий что такое собственные интересы и что такое заинтересованность Кремля…

Под таким омофором на грешной орловской земле могло твориться буквально все что угодно. От губернатора требовалось только одно — оставаться губернатором. Никогда не уходить с занимаемой должности. И все было бы хорошо.

Выяснять, что случилось с незаменимым Егором Строевым, не очень интересно. Ну, допустим, мы поймем, что на этот раз губернатор проиграл в вечной клановой грызне. А вот если бы не проиграл и остался губернатором еще на несколько лет? Но в любом случае бывший глава Орловщины уже немолод, его могло подвести здоровье. А обеспечивать интересы той большой семьи, которая сложилась за годы его правления в области, больше было некому.

И система рухнула как карточный домик. И все сразу начало сыпаться, причем трагически. Но сколько в России таких систем? И не является ли такой Орловской областью — только очень большой — сама Россия?

Вот вопрос, который должен был бы задать следователь Следственного комитета многоопытному Егору Строеву. Это гораздо интереснее, чем выяснять, была ли законной приватизация "Орелоблэнерго" или хозяйства "Лесное". Потому что сколько таких облэнерго по стране? О лесных хозяйствах я уже и не спрашиваю.

Вот проблема, которую рано или поздно придется решать. Потому что если вся страна устроена как система латифундий князей-патриархов, а в ее центре тот великий и безукоризненный хан, который выдает им ярлык на счастливое княжение, то получается, что каждый отобранный ярлык должен приводить нас к неприятным открытиям и неудобным вопросам, попросту говоря, в Следственный комитет. И если отобранных ярлыков окажется много и бывшие князья начнут ходить в Генеральную прокуратуру как когда-то на работу в Совет Федерации — благо все рядом, — то рано или поздно возникнет вопрос: почему ярлык на княжение давали именно им?
Виталий Портников