Сергей Бунтман : Говорите честно: «Мы со Сталиным убили тысячи людей»

Пожилая, очень пожилая женщина страшно больна.
Она не узнает детей, внуков и правнуков, не знает, какой сейчас год, которое число. Но стоит прозвенеть звонку и начаться шуму в прихожей, как она громко кричит: «За кем пришли, кого взяли?».

Сталин жив.
Он не умер 5 марта 1953 года, он не ушел в землю, когда гроб его вынесли из мавзолея и положили в наполненную жидким бетоном могилу.
Жив курилка. Попыхивая из трубки папиросным дымом, он пугает стариков, бывших при нем детьми, и дурманит головы молодым и физически здоровым.
Насупленные бородатые священники прочат его в святые вслед за Иваном Грозным, видно сталинский яд совсем растворил в мозгу ненавидимое бывшим семинаристом христианство и подменил его кашей из мистического патриотизма и любви к Навуходоносорам всех времен.

Сталин – опора слабого ума, хилого характера, потому что на него можно взвалить все, чего в себе не находишь: мудрость, смелость, принципиальность.
Прилепившись к Сталину, хилый ум самозабвенно повторяет: «мы» со Сталиным выиграли войну, «мы» сотворили могучую индустрию, «мы» владели шестой частью суши и еще кусок держали на поводке.
Если уж так хочется сказать «мы со Сталиным», откройте глаза, откройте рот и говорите честно: «Мы со Сталиным убили тысячи людей, мы со Сталиным убили живую мысль, мы со Сталиным извратили все слова, какие только есть на языках народов СССР и стран Соцлагеря». Ну нет, такую ответственность вряд ли возьмут на себя те, кто никак не может отцепиться ручонкой от штанины с лампасами.

Сталин – лекарство от ответственности, лекарство от сознательной жизни.
Сталинизм не судили в России. И не будут судить. Потому что для того, чтобы судить Сталина, нужно любить человека, любить жизнь, а не марево, любить Бога, в конце концов (а может, и в начале начал). А с этим у нас проблема.