Лукашенко денег не берет

3 февраля войдет в историю российской внешнеполитической эротики. В этот день кремлевские эстеты создали в этой сфере два законченных произведения классической чистоты, совершенно не замутненной каким-либо даже отдаленным намеком на корыстные экономические или политические интересы. Более того, из любви к благородному искусству им пришлось в порыве творческого самовыражения пойти на значительные финансовые и геополитические издержки. Но все по порядку.

Сначала их в извращенной форме и с особым интеграционным цинизмом опустил Лука Братищев. Да, да – Это дорогой Александр Григорьевич Лукашенко. Этим он занимается не первый год, все обещая Москве на ней жениться. Великий Славянин дурит даму, раскручивая ее на дорогие подарки и безжалостно эксплуатируя ее бальзаковские комплексы.

Постанывая в его могучих объятьях, она каждый раз после подписания очередного исторического соглашения о полном, окончательном и всеобъемлющем объединении страстно вопрошает: "Ну когда же, когда же вы наконец войдете в меня всеми вашими семью субъектами, Александр Григорьевич?!".

"Белорусский офицер берет деньги, — отвечает он, натягивая шаровары, — и большие деньги, но исключительно как независимый субъект международного права. Кстати, кто же вам тогда вашу Абхазию с Южной Осетией признавать станет?"
Вот и на этот раз он оторвался по полной программе, включая уже столько раз отработанное объединение систем ПВО. Но искусный и безжалостный соблазнитель не был бы самим собой, если бы не нашел нового способа воспользоваться слабостью несчастной жертвы.

Опытный Казанова нащупал у бедняжки еще одну эрогенную зону. Захотелось ей хоть с кем-нибудь почувствовать себя настоящим региональным валютным центром. "Я верю вам и отдамся по сходной цене, но без отрезания моего зайчика", — немедленно предложил Лука. На том и сошлись.

Этим мирное наступление российской дипломатии в тот день не закончилось. Видимо, уже на десерт решили по-большому, по-взрослому наложить американцам. Ничем, кроме потребности еще раз испытать чувство глубокого удовлетворения, объяснить зтот поступок кремлевских вождей невозможно. Последствия его, однако, будут довольно серьезны.

Во-первых, закрытие американской авиабазы в Манасе наносит ощутимый удар по коалиции в Афганистане, которая и так уже готова рухнуть, открывая исламистам дорогу в Среднюю Азию.

Во-вторых, символическое присутствие США в Средней Азии оставляло России в этом регионе какую-то возможность маневрирования в треугольнике с Китаем и США. Один на один с Китаем у Москвы просто нет там никаких шансов.

В-третьих, и это самое главное, прокитайское и антироссийское лобби в США (в котором объединились два человека, которые почти никогда ни в чем друг с другом не соглашались, — Бжезинский и Киссинджер) оказывает сейчас массированное давление на администрацию Обамы в пользу создания "большой двойки", как выражается д-р Бжезинский, или "проекта нашей (Китая и США) общей судьбы", как предпочитает формулировать д-р Киссинджер.

Лучшего подарка недоброжелателям России и лучшего аргумента в пользу их проекта г-да Путин и Медведев не могли бы сегодня придумать.