Два автократа: сходства и различия

Несколько дней назад в Вашингтон пост появилась статья Роберта Амстердама под названием «Соучастники преступления», в которой автор доказывает политическое и идеологическое родство Владимира Путина и Уго Чавеса.

Роберт Амстердам

«Узы дружбы российского и венесуэльского лидеров подкрепляются не только их склонностью к репрессивному авторитаризму, экспроприациям и крупным оружейным сделкам, но и параллельными в обеих странах тенденциями к активизации насилия», – пишет Амстердам.

Роберт Амстердам хорошо знаком с ситуацией в обеих странах. Он адвокат-международник, представляющий интересы политических заключенных в Венесуэле и России, в том числе Элихио Седеньо и Михаила Ходорковского.

Однако, при всем сходстве между этими странами, равно как и между их лидерами, существуют некоторые различия. Русская редакция «Голоса Америки» попросила Роберта Амстердама обрисовать наиболее существенные из них.

Инна Озовская: Давайте начнем с природы насилия в России и Венесуэле. Оба режима, как вы пишете в своей статье, нашли в нем «удобное средство для укрепления своей власти». В чем же тогда разница?

Владимир Путин

Роберт Амстердам: В России, в первую очередь, речь идет о физической расправе с оппозиционерами. Наиболее яркой иллюстрацией данной тенденции стало убийство Анны Политковской в 2006 году и недавнее убийство моего друга и коллеги 34-летнего юриста и правозащитника Станислава Маркелова. Российский режим опирается на всякого рода идеологических погромщиков, не брезгующих ни словом, ни делом.

Уго Чавес

В Венесуэле тоже имеет место преследование оппозиции. В уличных нападениях были убиты три лидера оппозиционных студенческих профсоюзов. Но все же главным образом незащищенность населения связана с разгулом бытовой, а не политической преступности, как в России. Только в прошлом месяце в Каракасе отмечено 510 насильственных смертей, в силу чего журнал Foreign Policy назвал Каракас «криминогенной столицей мира».

Чавес, конечно, использует это для запугивания граждан, но, в отличие от Путина, он еще просто-напросто не способен обеспечить элементарный общественный порядок. Его режим — один из самых некомпетентных в мире. Он не руководит страной, а ведет нескончаемую предвыборную кампанию.

Евгений Аронов: Вы предварили мой следующий вопрос. В чем вам видится отличие положения Путина и Чавеса, и как это сказывается на ситуациях в странах-побратимах?

Р.А.: Думаю, в следующем: Путин без труда провел через Думу поправку к Конституции, увеличивающую президентский срок правления. Народ безмолвствовал. А вот Чавес референдум по пожизненному президентству проиграл. Особенно активно против этой и других поправок к Конституции, поставленных на референдум, выступали студенты.

И.О.: Как заметил Теодоро Петкофф, основатель венесуэльской газеты Таль Куал, большинство интеллектуалов страны решительно выступают против Чавеса. И в этом, наверное, еще одно отличие от ситуации в России, где заметная часть интеллигенции больше или меньше поддерживает власть. Но вернемся ко второй части вопроса Евгения. Как различие в положении Чавеса и Путина влияет на ситуацию в обеих странах?

Р.А.: Средства массовой информации в Венесуэле несравнимо свободнее, чем в России. Активность венесуэльского гражданского общества намного выше, чем российского, что выражается в массовых антиправительственных демонстрациях. Деятельность НПО не так сильно ограничивается. Хотя давление на них усиливается.

Однако я не берусь предсказывать, как будет дальше развиваться ситуация. Важнее, мне кажется, другое – пути ее исправления. Первый шаг в этом направлении состоит в том, чтобы разоблачать лживые претензии обоих государств на создание крепкой вертикали власти и показывать, что узаконили они на самом деле горизонтальную структуру некомпетентности, характерными чертами которой являются насилие, незащищенность населения и разгул произвола.

И.О.: Если позволите, мы еще вернемся к способам исправления ситуации. Я бы хотела продолжить сравнительный анализ России и Венесуэлы. Среди ваших подзащитных есть заключенные в обеих странах. У вас есть возможность их посещать?

Р.А.: В Венесуэле – да. Я только что посетил своих подзащитных в каракасской тюрьме. В России я не был со времени своего ареста в 2005 году.

Е.А.: Вы начали говорить о способах исправления ситуации. Ваша статья в Вашингтон пост завершается такими словами: «Пора собрать в кулак политическую волю и призвать лидеров этих стран к ответу за несоблюдение прав своего собственного народа. При этом следует использовать все имеющиеся средства, не обращая внимания на то, сколько нефти они экспортируют». Все имеющиеся средства…Включая и судебные иски?

Р.А.: Несколько адвокатов уже внесли иск против Уго Чавеса в Международный уголовный суд. Возможен ли аналогичный иск против Путина? Позвольте от ответа воздержаться.

Евгений Аронов, Инна Озовская