Сергей Пархоменко: У нас правительство следит за тем, чтобы президент не вякал

На меня очень тяжелое впечатление, безотносительно содержания этого разговора и этого события, произвела дешевая театральная постановка, которую разыграли перед телекамерами в начале этой недели, президент страны Дмитрий Медведев и иностранных дел Лавров.

Вы помните, они сидели за столиком друг напротив друга и перед телекамерами, как два плохих актера – они очень плохие актеры, ну, впрочем, они не обязаны быть хорошими актерами, у них профессия другая, в ней есть кое-что актерское, но, в общем, мы ценим другие качества обычно в президентах и в министрах иностранных дел, — так вот, два очень плохих актера заученными голосами произносили текст, выученный наизусть. Один другого информировал… помните, была история, что подписан протокол с участием ЕС, а Украина самочинно приложила к этому протоколу какую-то там свою декларацию, которая России не понравилась, и так далее. Тут неважно, о чем шла речь, а важно, что они это разыграли. Как в плохом любительском театре. Один другого информировал об этом. Другой об этом впервые услышал, задумался, сказал «Угу» и после этого сдвинул брови, как обычно, выразил свое недовольство и дал указание. Абсолютный господин Ким Чен Ир, посещающий козоводческую ферму и личным примером демонстрирующий доярке, где у козы вымя. Вот ровно так это выглядело, только в сфере дипломатии. Личным примером президент Медведев говорит «Угу» и показывает министру иностранных дел, что он должен поступить так и сяк, сделать такое и сякое заявление, проигнорировать эту декларацию и так далее. Это дешевый театр. Так серьезные политики не работают. Это потеря профессионализма на глазах у всего мира. Я считаю, что мне как гражданину России нанесен ущерб непрофессиональными действиями этих должностных лиц. И тем, что они продемонстрировали свой непрофессионализм на весь мир. Ну, к сожалению, мне уже приходилось несколько раз говорить в этот самый микрофон о том, что у человека, о котором в начале отправления обязанностей министра иностранных дел отзывались очень хорошо – как о человеке очень образованном, глубоком, эффективном, интеллектуальном… к сожалению, система его сожрала и поставила в унизительное положение. За время его работы на этом посту ему приходилось несколько раз проделывать крайне жалкие кульбиты, инициатором которых он, несомненно, не был. Он просто на глазах у всех вынужден был поддаваться тому давлению и тем глупейшим приказам, которые он получал. Ну, достаточно вспомнить историю, как он ездил по миру за Кондолизой Райс для того, чтобы публично вручить ей кассету с видеозаписью, по-моему, выпуска новостей Первого канала, чтобы продемонстрировать ей, что у нас объективное и высокопрофессиональное телевидение, во всяком случае служба новостей. Или жалкая анекдотическая история, которая спровоцировала огромное количество издевательских юмористических комментариев по всему миру. Я думаю, что господин Лавров чувствовал себя в этом ситуации крайне тяжело, но почему-то посчитал возможным для себя подчиниться такого рода, я даже не скажу преступному приказу, а просто дурацкому. Ну, вот разыгрывание сцен перед камерами, может, тоже в достаточно вопиющей форме происходило, скажем, и в период российско-грузинской войны в августе 2008 года. Там тоже много было такого показного, демонстративного. Но там хоть момент был драматический. А здесь все это делается на фоне такой вот абсолютно надуманной истории, смысл которой, по всей видимости, заключается в том, что люди зарабатывают деньги налево, поэтому запутывают переговоры, запутывают обе стороны этих переговоров. Здесь, конечно, это выглядело особенно вопиюще. Вот. Ну, я уж не говорю о том, что, конечно, СМИ России, особенно те, которые контролируются государством, прежде всего, телевидение, проходят процесс дальнейшей деградации. И, в общем, на это тоже тяжело смотреть.

Хотя вот еще два события, на которые я обратил бы внимание. Они прошли вторым-третьим экраном, как говорят про не слишком удавшееся кино. Но просто как иллюстрация некоего общего градуса идиотизма, который как бы поднимается в публичной сфере, я бы сказал в сфере публичной политики в России и показывает, что система идет вразнос и начинает сама себя дискредитировать, сама себя съедать. Одна история относится к недавним дням. 11-го января, то есть пять дней тому назад, произошло совершенно рядовое событие – президент страны Дмитрий Медведев посетил завод «Салют» — такой, с одной стороны, довольно известное, а с другой стороны, очень закрытое предприятие, производящее всякую военную технику, в частности двигатели к современным военным самолетам, что не является никаким секретом, это было всем известно, описано, показано по телевизору многократно и так далее. Он посетил этот завод – такая была тоже протокольная пропагандистская VIP-акция, когда он гулял по цехам, разглядывал оборудование, почему-то предавался каким-то ностальгическим восторгам, держа в руках весло от байдарки. Из обрезков этих двигателей для истребителей производят туристические байдарки и весла – ровно такие, на каких мои мама и папа в студенческую молодость где-то по Карелии катались, а потом всю жизнь вспоминали. Вот ровно такие. Но штука в том, что господин Медведев сказал там несколько непривычно резких фраз. Я не знаю, что там с ним случилось. И я не знаю, в чем был расчет. Я не знаю – может, это натура, что называется, взыграла, а может, за этим за всем какая-то сложная аппаратная комбинация, но он сказал – мне пришлось порыться, чтобы найти его слова целиком, и вот он сказал, что в октябре прошлого года он дал правительству ряд поручений, из которых теперь исполнено процентов 30. Речь идет о кризисе. «Многие вещи мы делаем непростительно долго. Ситуация в реальном секторе далека от идеальной. Во-первых, объемы промышленного производства в октябре-декабре в среднем сокращались более чем на 6% в месяц по сравнению с тем же периодом 2007 года. Во-вторых, большинство предприятий испытывают серьезный дефицит оборотных средств. Процентные ставки за пользование кредитами выросли, а требования их обеспечения ужесточились. Это привело к снижению рентабельности производства. Некоторые предприятия стали убыточными. Ну и, в-третьих, все эти факторы осложнили работу бюджетной системы, прежде всего в регионах. Особенно острая ситуация появляется там, где предприятия являются градообразующими». Ничего особенного, правда? В общем, вполне справедливые, достаточно разумные несколько фраз, по мысли достаточно очевидные. Мы с вами тысячу раз это слышали здесь на «Эхе» из уст и очень умеренных комментаторов, и очень лояльных, и уж, разумеется, по двадцать раз в час говорят люди, настроенные более критически к власти. В общем, ну да, ну сказал несколько фраз достаточно расхожих относительно того, как работает правительство. Так вот, поразительным образом это выступление президента страны – все-таки формально он президент страны, что бы мы формально ни знали про Путина, мы ж с вами понимаем, что он по-прежнему держатель президентского мандата, и когда нам показывают заседание правительства или экономические совещания у президента, там он демонстративно сидит во главе стола, а Путин сидит от него слева за столом со всем остальным правительством. Так вот, это заявление, по существу, не получило освещения в российской прессе. Оно было аккуратно утоплено. Скажем, на телеканале РТР – канал «Россия», крупнейший государственный телеканал – об этом не было упоминания вообще. Там было упоминание на телеканале «Вести», который является филиалом телеканала «Россия». Там репортаж был, и эти фразы там так или иначе звучали. На «России» не было. На Первом канале – в трех выпусках новостей за 11-е число, я специально посмотрел, были упоминания об этом визите. В двух из них не было ничего подобного, в третьем был обрывок этой фразы. Все то, что я вам прочел, отсутствовало. Было продолжение – то, что он сказал дальше по поводу того, что вот, чиновники долго посылают друг другу факсы. А вот того, что я сейчас прочел, не было. Ну и так далее. Я должен вам сказать, что это вещь вопиющая. Я понимаю, что у нас правительство следит за тем, чтобы президент не вякал. У нас как-то есть газеты, журналы, телевидение. Часть из них государственные. Но они должны честь знать.