В чем различия украинского бунта и русского?

 Первый раз. Первый раз таким образом, потому что радикальный протест с элементами насилия случается в современной Украине первый раз.

http://lenta.ru/

На Майдане 2004 года не было ни одной жертвы и даже ни одного пострадавшего автомобиля. И тогда, я помню, организаторы Майдана грозились тем, что если автомобили мешали движению народа, то их просто брали под руки и переносили.

Потому что Украина не Россия, как правильно сформулировал бывший президент этой страны («этой» — в смысле Украины, а не России) Леонид Кучма. И ставка Виктора Федоровича Януковича на то, что этот народ можно нагибать до бесконечности… А это, с одной стороны, отражение его криминального мышления, потому что он, безусловно, порождение криминальной среды позднесоветской как человек с двумя судимостями. С другой стороны, все же хотят научиться у товарища Сталина. Все постсоветские политики. Не у всех это получается.

— Ну, чему в данном случае научился Янукович?

Вот, помните тост, который товарищ Сталин поднял за русский народ на банкете в честь Дня Победы? За терпение русского народа. Вот, Виктор Федорович Янукович переоценил терпение украинского народа. Я согласен, что русский народ и украинский очень близки этнически, генетически, культурно. Но поскольку русскому народу как самому молодому из самых креативных народов мира присуща шизофрения, ибо шизофрения – органический спутник любого креатива, то русский народ разделился в себе самом. Он разделился на собственно русский народ и украинский народ. И украинский народ в отличие от русского ничего не боится. И вот этого Виктор Янукович совершенно не учел. Это было, безусловно, ошибкой в программе, которую он заложил, придя к власти в 2010 году.

Он тестировал эту ситуацию. Вот, он подписал соглашение о пролонгации базы Черноморского флота в Крыму еще на 25 лет. Случится что-нибудь страшное? Ничего не случилось. Ну да, были какие-то вспышки, проявления. Ничего.

Дальше он посадил Юлию Владимировну Тимошенко. Причем, хорошо зная Юлию Владимировну лично, я убежден, что она посадила себя сама, потому что она была настолько шокирована поражением от Януковича на президентских выборах, она настолько не верила в то, что это возможно в принципе, чтобы человек с ее потенциалом, ее личными качествами проиграл вот этому, она настолько не оценила других факторов и обстоятельств, которые могли бы повлиять на решение этого вопроса… А это бесконечный спор шизофреника и параноика, да? Вот, Юлия Владимировна – шизофреник, Янукович – параноик, и они упираются совершенно на разные основания, на разные кочки бытия.

Ей нужен был какой-то кардинальный жизненный перелом, чтобы снова поверить в себя и вернуться в игру. Поэтому, конечно, она посадила сама себя.

Но и тогда украинский народ не вышел ее защищать, потому что она ему несколько поднадоела и он не видел принципиальной разницы между Юлией Тимошенко и ее окружением, и Януковичем и его окружением.

И, в принципе, за последние 3 года Виктор Федорович Янукович создал идеальное политическое болото, в котором ничто не отличается ни от чего. Только 146 оттенков серого. Ничего.

Он испытывал-испытывал, и думал, что это можно испытывать до бесконечности. И вдруг выяснилось, что нет, это нельзя испытывать до бесконечности. Это сегодня и происходит, и я думаю, что, в общем, по старому еврейскому анекдоту, помните, как посылается телеграмма из Одессы в Харьков? «Изя, всё». На что из Харькова в Одессу приходит ответ: «Ой». Вот, что-то такое похожее происходит сегодня с Виктором Федоровичем Януковичем.

— Вы хотите сказать, что в ближайшие дни можно будет сказать «Янукович всё»?

Это можно сказать уже сегодня. Ждать ближайших дней не надо. Как говорил герой Дюрренматта, «не назначай ничего на завтра – палач, которого я прислал к тебе, придет сегодня».

Вообще Виктор Федорович был бы идеальным директором завода резиновых изделий, потому что тянуть резину он умеет идеально. Но он сменил свою стихию, понимаете? Его стихия – болото.

Есть политики, которые идеально проявляют себя в кризисных ситуациях, в критических ситуациях, когда они принимают единственно правильные решения и побеждают всех за счет своей смелости и умения воплощать эти единственно правильные решения в жизнь. Характерные примеры на нашей памяти – это Борис Ельцин и Юлия Тимошенко.

Когда эти политики оказываются в ситуации относительной стабильности и спокойствия, они начинают сильно скучать, закисать и совершают, как говорят в теннисе, невынужденные ошибки, которые зачастую оказываются для них роковыми. И для Ельцина, и для Тимошенко это актуально.

Янукович – политик ровно обратного, противоположного образца. Он умеет действовать только в ситуации абсолютного спокойствия и стабильности.

Как сказал Борис Леонидович Пастернак, в родстве со всем, что есть, уверясь, и знаясь с будущим в быту, нельзя не впасть к концу как в ересь в неслыханную простоту. Чтобы проанализировать Виктора Януковича, не нужно апеллировать к геополитике, потому что Янукович не знает такого слова. Он никогда не открывал словарь на букву «г», чтобы не прочитать там что-нибудь лишнего.

Виктор Федорович Янукович – это человек, который искусственно был рекрутирован во власть. Он не хотел быть президентом, он был достаточно неплохим губернатором Донецкой области, его всё устраивало, он был неплохим модератором элит. Его вытащили, потому что Виктору Медведчуку, тогдашнему руководителю администрации президента Украины (и я хотел бы, чтобы мы сегодня коснулись фактора Медведчука как абсолютно системообразующего всей этой истории чуть позже) показалось, что человек с двумя судимостями будет абсолютно управляем. Медведчуку не пришло в голову, что это ровно наоборот – что когда человек с двумя судимостями выходит на оперативный простор, когда исчезает начальство… Когда есть начальство, он страшно боится. Кучма устраивал этому Януковичу в бытность последнего премьером такие разносы, какие бы и Медведев от Путина не терпел никогда. Но когда такой человек остается без начальства, он способен на всё – они не догнали этой ситуации абсолютно.

Вот, Виктор Федорович, собственно, и ждал своего звездного часа. Он же многократно унижен жизнью. Он был дважды в тюрьме, там в него вселили какой-то жуткий страх, видимо, там с ним что-то происходило. И страх остается доминирующей эмоцией Виктора Федоровича Януковича на всём протяжении его политической карьеры.

— Как такой человек становится президентом демократической страны?

Ну, подождите-подождите. Ну, вчера Виктор Федорович был не готов к переговорам даже с одним Кличко. Сегодня, когда пролилась первая кровь на улице Грушевского, он не пошел до конца, правда? Он, ведь, не ввел танки и не задавил еще сотни человек, как многие, наверное, от него ожидали. Наоборот – он сегодня встречается со всеми тремя лидерами оппозиции. Это ли не проявление его страха?

А в 2004 году многие боялись, что он придет на Майдан и проведет там инаугурацию и объявит себя законно избранным президентом Украины, каким он формально по решению Центральной избирательной комиссии Украины и был. Что же случилось?

Сначала сорвав подписание соглашения об ассоциации с Евросоюзом. А потом приняв на прошлой неделе, добившись принятия так называемых репрессивных законов, которые ничего прагматически ему не дают, но которые привели к окончательному озверению активной части общества и которые породили переход ненасильственного протеста в насильственный.

— А вот здесь, простите, вам кажется, что насилие спровоцировали, все-таки, протестующие, а не другой приказ, данный силовикам, например?

Нет, насилие спровоцировал Виктор Федорович Янукович, потому что он стал абсолютно невыносим. Отчасти его спровоцировала оппозиция, но не своим действием, а своим бездействием. Потому что когда в очередной раз на Майдане выяснилось, что у оппозиции нет конкретного плана взятия власти в ближайшие дни, радикальная часть протестующих сказала «Ну, всё, это уже больше невозможно. Тянуть эту резину больше невозможно. Сейчас пойдем, набьем всем рожу и тогда станет ясно, кто чего стоит».

Поэтому и Янукович, и оппозиция спровоцировали (Янукович – своими действиями, а оппозиция – своим бездействием) то, что происходило на улице Грушевского в последние дни.

—  Вы говорите, что он боится.

Да. Он страшно трусливый. В 2004 году я помню прекрасно: когда начался Майдан, что сделал Виктор Федорович? Разве он отважно двинулся навстречу народу и сказал «Я ваш президент»? Нет. Он поехал договариваться. Он провел тайную встречу с Юлией Владимировной Тимошенко и предложил следующий план: «Давайте я останусь премьером, а Ющенко станет президентом без выборов». А Юлия Владимировна Тимошенко должна была, согласно этому плану, стать первым вице-премьером в правительстве Януковича. А поскольку, естественно, она фигура гораздо более мощная, чем Янукович, ее этот план привлек, потому что в таком случае она бы контролировала всю ситуацию, всё это правительство несчастное и так далее, да?

Но этот план Ющенко забодал и правильно сделал, потому что он возразил на это, он привел очень веское возражение: «Что же, сейчас я выйду на Майдан и скажу, что лидер бандитов, которого мы только что осудили за полную фальсификацию выборов, теперь мой премьер? Нет, я этого сделать не могу» и план сорвался. Но когда Янукович пошел на переговоры, он уже показал, что с ним их не надо вести.

Просто я говорю, его развратили вот эти последние годы индифферентности украинского общества, когда украинское общество не видело разницы между Януковичем и не Януковичем.

Смотрите. Вот, знаете, я сужу по реакции. У меня есть 3 знакомых украинских журналиста, которых я считаю лучшими журналистами постсоветского пространства (извините, не в обиду никому будет сказано из тех, кто здесь присутствует и слушает нас), это Сергей Лещенко, Мустафа Найем и Сергей Высоцкий. Я даже не знаю, где они сейчас, в каких СМИ работают. Мы не друзья, мы просто знакомы, поэтому никакого личного подхода у меня здесь нет. И я считал бы, что именно этот триумвират и пришел бы к власти… Если бы он пришел к власти на Украине, это было бы оптимально сегодня вместо Кличко, Яценюка и Тягнибока.

Но я вижу смену реакции этих людей. Полгода назад они были настроены абсолютно иронично и не видели разницы между ведущими украинскими политиками. Сегодня они настроены абсолютно бескомпромиссно, они готовы стоять на Майдане и идти под пули, что было бы… Ну, если бы мне сказали об этом полгода назад, я бы не поверил. И с другой стороны, для них не существует сегодня никаких лидеров. Существует только идея, что Украина должна стать европейской страной и она ею станет. А всякий, кто стоит активно или пассивно на пути продвижения в Европу, кто этому мешает, должен пасть. Это очень странно для нашего циничного сознания, но это означает, что, все-таки, русский народ разделился в себе самом. И, наверное, это главный исторический итог того, что происходит сегодня.

Отвечал Станислав Белковский

Вопросы задавала Ольга Журавлева