Протесты по всему миру: пора брать все в свои руки

38

В Бразилии люди восстали против повышения оплаты за проезд в автобусе, в Турции – против строительства в парке. Индонезийцы выступили против повышения цен на топливо, болгары – против коррупции в правительстве.
По всему миру люди осуждают коррупцию, неэффективность и высокомерие тех, кто у власти. К каким изменениям приводят стихийные протесты в разных странах мира – анализирует издание The Economist.

Во время протестов, которые на прошлой неделе прошли в десятках городов на трех континентах, появлялось знакомое лицо: маска Гая Фокса с его мошеннической улыбкой и тонкими усами. Эта маска принадлежит «V», главному образа из графического романа 1980-х. Этот главный герой стал символом для группы компьютерных хакеров, называющих себя Анонимус. Презрение этого персонажа к власти резонирует с настроениями людей во всем мире.

Эти протесты имеют разное происхождение. В Бразилии люди восстали против повышения оплаты за проезд в автобусе, в Турции – против строительства в парке. Индонезийцы выступили против повышения цен на топливо, болгары – против коррупции в правительстве. В еврозоне протестующие выступают против политики жесткой экономии. Зато Арабская весна превратилась в постоянный так называемый Perma-протест против почти всего, что происходит в этих странах. Каждая сердитая демонстрация сердита по-своему.

Вновь, как и в 1848, 1968 и 1989 годах, когда народ также находил в себе коллективный голос, демонстранты имеют много общего. За последние несколько недель то в одной стране, то в другой стране с потрясающей скоростью поднимаются недовольные протестующие. В условиях демократий они проявляют себя более активно, чем в тисках диктатуры. Как правило, это обычные люди, принадлежащие к представителям среднего класса, а не лоббисты со списками своих очередных требований. В своем сочетании радости и ярости они находят слова для осуждения коррупции, неэффективности и высокомерия тех, кто у власти.

Никто не может знать, как изменится мир за этот 2013 год. Если вообще произойдут какие-то изменения. В 1989 году рухнула советская империя. Убеждение Маркса, что в 1848 год был лишь первой волной пролетарской революции, были отвергнуты десятилетиями расцвета капитализма, и 1968 год, который казался таким приятно радикальным в то время, сделал больше для того, чтобы изменить пол, чем политику. Однако, даже сейчас ощущается неопределенность и особое значение 2013 года. Не очень хорошими будут новости для политиков, которые хотят пропагандировать народам те же старые вещи.

Интернет и улица

Ритм протестов ускоряют технологии. Лицо V появляется в Сан-Паулу и Стамбуле, ведь эти протесты организуются через социальные сети, которые распространяют информацию, поощряют имитацию и делают общие причины недовольства популярными и модными.

Каждый, у кого есть смартфон, приобщается к распространению событий и историй, которые не всегда являются проверенными и правдивыми. После того, как полицейские 31 мая подожгли лагерь в парке Gezi в Стамбуле, эти события мгновенно появились в Twitter. После того, как турки вышли на улицы, чтобы выразить свое возмущение, пламя их протестов взбудоражили рассказы о том, что протестующие погибли из-за жестокого обращения с ними той же полиции.

Несмотря на то, что эти первые рассказы оказались не совсем правдивыми, они все равно стали популярными и способствовали нарастанию протестного движения.

Протесты уже не организуют профсоюзы или другие лоббистские группы, как это было раньше. Некоторые из них инициированы небольшими группами целеустремленных людей. Например, протесты, возникшие против увеличения тарифа на проезд в Сан-Паулу. Однако, новости о событиях распространяются так быстро, что вскоре организационная группа теряет свою центральную роль. Спонтанность придает этим протестам пьянящее чувство всемогущества. Но неизбежно то, что отсутствие организации также размывает повестку дня протеста. Тарифные протесты в Бразилии превратились в общее осуждение всего – начиная от коррупции, заканчивая государственной службой. В Болгарии правительство уступило требованиям толпы и освободил нового руководителя государственной безопасности. К тому времени толпа уже перестал слушать.

Этот широкий искренний протестный активизм имеет особенность исчезать так же быстро, как появляться. Такой же была судьба демонстрантов движения Occupy, которые разбивали свои лагеря в западных городах в 2011 году. Однако, на этот раз протесты развиваются на почве глубокого недовольства. Египет страдает от катастрофического провала правительства на всех уровнях. Протесты там заменили оппозицию. В Европе борьба идет вокруг вопроса, как уменьшить объемы государства. Каждый раз, как новые сокращения касаются новой целевой группы – совсем недавно национального вещателя Греции – они вызывают новые протесты.

Иногда – например во время беспорядков молодых иммигрантов в пригородах Швеции в мае или британской молодежи в 2011 году, – целые группы людей чувствуют себя отстраненными от процветания, которое находится вокруг них. Швеция имеет самый высокий среди стран ОЭСР показатель безработицы среди молодежи по сравнению с общим уровнем безработицы.

Слишком много молодых британцев страдают от плохого образования и чувствуют себя лишенными перспектив. В странах с развивающейся экономикой, быстрый реальный рост экономики научил людей ожидать постоянного улучшения своего уровня жизни. Этот рост оплачивал услуги, и в неравном обществе, например Бразилии, помогал сократить разрыв между богатыми и бедными. Однако, эти изменения под угрозой. В Бразилии рост ВВП замедлился с 7,5% в 2010 году до всего лишь 0,9% в прошлом году. В Индонезии, где ВВП продолжает оставаться на уровне ниже $ 5 тыс. на человека, обычные семьи остро почувствуют потерю субсидий на топливо.

В то же время в развивающихся странах, более важны политические ожидания среднего класса, который быстро растет. В конце прошлого года, после случая группового изнасилования 23-летней студентки, на улице нескольких городов Индии вышли молодые образованные индийцы. Они протестовали против отсутствия в стране защиты для женщин. Еще большие протесты прокатились по всей стране в 2011 году: средний класс восстал против коррупции, с которой они сталкиваются практически на каждой встрече с чиновниками.

В Турции количество выпускников университетов увеличивалось на 8% в год с 1995 года. Этот молодой средний класс раздражает религиозный консерватизм премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана, который хочет больше многодетных семей и контроль за алкоголем. 40 млн бразильцев выкарабкались из бедности за последние восемь лет, наконец впервые получили возможность внимательно посмотреть на общество, развитие которого финансируется также за их налоги. Они хотят достойную систему государственных услуг, а вместо этого получают спортивные стадионы, построенные по завышенным ценам.

Проблемы для Брюсселя и Пекина

Как же будут развиваться протесты в этом году? Одним из самых неутешительных выводов таков, что демократия стала сложным искусством: распределение ресурсов между конкурирующими группами стало жестким, ведь сегодня миллионы людей могут немедленно выйти на улицы. Это предполагает, что лето для еврозоны, несомненно, будет жарче. Политики европейского континента отделались пока легким испугом (крупнейшие демонстрации в Париже, например, это поход «Frigide Barjot» и французских католиков в попытке остановить легализацию однополых браков).

Однако, уровень социальной нестабильности растет вдвое быстрее, как только государственные расходы падают менее 5% от ВВП. В какой-то момент европейским лидерам придется браться за обуздание проблемы хронических перерасхода средств на социальное обеспечение и начинать бороться с институциональной слабостью евро – за этим, несомненно, будут социальные недовольства.

К счастью, демократии обладают способностью к быстрой адаптации. Когда политики признают, что люди заслуживают лучшего, а выборы лежат в основе удовлетворения их ожиданий, – все может измениться. Антикоррупционные протесты в Индии не повлекли немедленных изменений, но они подняли эту тему на вершину национальной повестки дня, а люди получили обещание постепенных реформ в будущем. К ее чести, президент Бразилии Дилма Руссефф хочет национальных дебатов по вопросу обновления национальной политики. Это не будет ни легким, ни быстрым. Однако протесты способны улучшать демократию в развивающихся странах, и в конце концов, даже в ЕС.

Демократы могут позавидовать возможностям диктаторов разгонять демонстрации. Китай успешно предотвращает перерастание многочисленных местных протестов в стране в одно общенациональное движение. Саудовская Аравия «покупает» тишину у своих диссидентов, а Россия запугивает своих оппозиционеров угрозами штрафов и тюремного заключения. Но в долгосрочной перспективе диктаторы могут заплатить более высокую цену. Применение силы для уборки людей с улицы может фатально ослабить правительство – Султан Эрдоган может об этом вскоре узнать, а арабские правительства выяснили еще два года назад, что диктатуры не имеют институтов, через которые можно управлять гневом протестующих и уменьшать его. Наблюдая за проблемами демократий в 2013 году, лидеры в Пекине, Москве и Эр-Рияде должны чувствовать неудобно.

 

Поделиться:
Загрузка...