Демократия в Тбилиси

Война с Россией, разгоревшаяся в августе 2008 года с новой остротой поставила ряд актуальных для Грузии вопросов, и, возможно, в первую очередь вопрос о том, что же нужнее Грузии – сильное государство или демократические институты. Пока у руля находится Михаил Саакашвили, вопрос, судя по всему, стоит именно так: или-или. Будучи весьма талантливым и хорошо образованным человеком, Саакашвили, тем не менее, не готов позволить всему грузинскому политическому классу в целом принять участие в демократическом процессе.
Он подавляет инакомыслие, не приглашает оппозиционеров участвовать в принятии практических решений во внутренней и внешней политике – разве что напоказ, из соображений пиара — и регулярно отходит от принципов и ценностей демократии во имя личных политических амбиций и интересов. Естественно, что в таких условиях грузинская оппозиция выглядит неорганизованной и хаотичной.

Лишь немногие на Западе осознают истинные намерения Саакашвили. Люди либо не знают правды, либо предпочитают о ней не задумываться под гнетом собственных насущных и трудных проблем. Хотя этот режим лучше прошлого, он явно предпочитает говорить о переменах и демократической политике, а не действовать в этом направлении. Своему международному имиджу правительство уделяет больше внимания, чем политическим реформам. С помощью иностранных лоббистов Саакашвили удалось убедить Запад в предполагаемом уважении Грузии к демократическим институтам. Запад охотно в это поверил. Особенно хорошо этот сюжет прижился в Соединенных Штатах — недаром администрация Буша и, впоследствии, кандидат в президенты Джон Маккейн твердо выступили в поддержку Тбилиси. Впрочем, судя по всему, в этом администрация Обамы несильно с ними расходится.

В западных столицах Грузию признали «маяком демократии» — ведь, откровенно говоря, «Революция роз» действительно началась с этого. Однако позднее представления разошлись с реальностью. Грузия осталась страной недемократической и нелиберальной. Особенно хорошо демонстрирует конфликт между западными представлениями и грузинскими реалиями история войны с Россией. Запад предпочел предложенную Саакашвили версию событий, согласно которой агрессором выступала Москва, более правдивой, которая предполагает, что Саакашвили, поддавшись на провокации русских, втянул Грузию в войну в тщетной попытке интегрировать Тбилиси в евроатлантическое сообщество. Эта стратегия не сработала. Америка и Европа не рискнули воевать с Москвой ради Грузии, а одной симпатии Запада для решения наших проблем оказалось явно недостаточно. В итоге Грузия по-прежнему остается побежденной, расчлененной и оккупированной страной.

Для выхода их охватившего Грузию после войны кризиса необходимо включить всех граждан Грузии в политический процесс. Правительство должно искать компромиссы и поддерживать политический баланс, так как демократия — это, фактически, постоянно возобновляемый договор, который держится на институциональной системе страны и ее легитимности. Честные и справедливые выборы, пусть даже признанные международным сообществом – лишь начало пути. Даже недемократические и нелиберальные страны способны проводить честные выборы, признаваемые как иностранными наблюдателями, так и международным сообществом в целом. Грузия управляется нелиберальными методами, основные административные и финансовые ресурсы страны зачастую используются в интересах определенного политического клана. Между тем, реальная демократическая система требует взаимной ответственности правящей элиты и граждан, включая, в первую очередь, оппозицию. Устойчиво демократическое государство управляется в соответствии с конституцией и законами, и Грузия сможет справиться с проблемами, с которыми она сейчас столкнулась, лишь в том случае, если она постарается полностью воплотить в жизнь этот демократический идеал.

Тбилиси не должна искать за рубежом избавления от своих политических трудностей—в том числе от проблем с Россией. Запад не будет воевать с Москвой из-за Грузии. У Соединенных Штатов есть свои задачи во внешней и внутренней политике, и они не могут позволить себе злить Кремль ради одной восточноевропейской страны. Европа, в свою очередь, зависит от поставок энергоносителей из России и связана с ней деловыми и торговыми интересами. Москва отлично осознает свое влияние и пользуется этими коммерческими и политическими инструментами ради собственной выгоды. Грузия должна вести себя очень осторожно и избегать поспешных решений, которые могли бы встревожить Россию или кого-либо еще, так как от международного сообщества она не дождется ничего кроме сочувствия – это показали последствия конфликта в Абхазии и Южной Осетии.

Таким образом, Грузии остается самой помогать себе. Она должна сама решить свои внутренние проблемы, подтвердив свою верность принципам демократического правления. Грузия должна извлечь уроки из своих прошлых ошибок и понять, что одержимость Саакашвили мнением западных столиц ни к чему полезному не приводит. Единственный выход из послевоенной болезни – это осуществление реальных демократических реформ при участии грузин всех политических взглядов.

Разумеется, существуют некие важные нюансы, и специфически грузинские внутренние обстоятельства следует рассматривать в более широком стратегическом контексте. Мир сейчас переживает болезненный период адаптации к неким новым реалиям. Именно это стоит за американскими планами «перезагрузить» отношения с Россией, которые подразумевают как разработку новых парадигм безопасности, так и включение Москвы и прочих стран Евразии в новые отношения сотрудничества. Этот бурный и более чем динамичный процесс требует участия в нем всех членов международного сообщества, не важно – больших или маленьких, сильных или слабых.

Чтобы это могло произойти, Россия и ее соседи должны предварительно уладить свои споры и конфликты (в том числе внутренние). Шансов на это немного, однако, в конечном счете, каждая из причастных к процессу стран все равно должна будет сформулировать собственную программу «перезагрузки». Особенно трудно это будет сделать России и Грузии – с учетом Августовской войны 2008 года. Тем не менее, подобная перестройка отношений между Москвой и Тбилиси в общих интересах, потому что без нее новая система не заработает. Вот почему внутренняя «перезагрузка» грузинской политики может значить для ее непосредственных соседей и партнеров больше, чем могли бы подумать многие.

Тедо Джапаридзе – бывший советник по национальной безопасности и министр иностранных дел Грузии