Самое главное, что осталось от Майдана – это его четкая «укладка» в головах наших граждан. Украина, оказавшаяся страной проигранной революции, несмотря на этот печальный факт, изменилась, и стала другой. Речь не идет даже о свободе слова, которую считает своим главным достижением все еще нынешний Президент. Мысль о том, что история страны может быть повернута путем социальных протестов, навечно запечатлена в сознании украинцев. Собственно, Майдан стал в свое время квинтэссенцией того самого «самостийницкого» духа, который и отличает Украину от России. Конечно, на
Майдане трусили и кричали «за идею» не потомки запорожцев, а киевский и прочий офисный планктон. Но события 2004 года показали, что украинская власть, при очевидном желании обособиться от народа и жить своей жизнью, окруженной неприкосновенностью и заборами, не может считаться такой закрытой, как у соседей. Хорошо организованное буйство Майдана стало смелым социальным экспериментом тех, кто его планировал. Ведь последствия манипуляции общественным разумом могли быть и иными. Мало того – они «догонят и еще раз дадут».
Мы могли скатиться в пучину перманентной майданной демократии, что неизбежно привело бы к «закручиванию гаек». В этом смысле роль Ющенко можно считать положительной – он не смог или не захотел превращаться из фетиша революции в диктатора. Возможно, такое превращение народ простил бы ему больше, чем серую и анекдотичную вялость его стиля управления, но факт остается фактом: диктатуры одной стороны не произошло. И в этой первой победе – первая проекция Майдана на будущее: диктатура в Украине невозможна. С 2004 года. Всегда найдутся желающие организовать Майданы, пусть и региональных масштабов. В стране нет единства ценностей и мнений, в ней существует соперничество олигархических групп, готовых финансировать акции и политпроекты, направленные на лоббирование своих интересов. В такой реальности Майдан повернул нашу историю на путь, как это не банально звучит, демократии. И Украина при любых следующих лидерах будет идти по нему.
Вторым завоеванием Майдана, прочно уложенным в голову электората, является мысль, что бороться можно и нужно. Изменить что-либо – реально. Украинцы все еще страдают от отсутствия организации, ибо самоорганизоваться они пока способны только локально. Каждый отдельный обыватель – по сути своей конформист. Но украинский конформист отличается от конформиста российского. Он выбирает «свое» спокойствие. Усталость от власти не перерастает в равнодушие к ней. Украинец все еще верит, что сможет провести во власть кого-либо, кто будет отражать его интересы в большей степени, чем власть существующая. Доколе есть это понимание, страна не сможет впасть в стагнацию. Не позволит, опять-таки, память о Майдане. Ее не сотрешь, и она всегда может быть использована желающими ухватиться за тему народной поддержки.
Третьим завоеванием Майдана можно считать его… консолидирующую роль для сохранения Украины как государства. Не состоись Майдан в 2004-м, он бы неизбежно случился во время любых следующих выборов — парламентских, или же на нынешних президентских. Он был бы гораздо более кровавым и жестким, потому что элита бы максимально поляризовалась, и страну бы разорвало действительным гражданским конфликтом. Майдан, как это не парадоксально, сохранил страну. Ибо весь пар сепаратизма ушел со свисток Северодонецкого съезда. Высший эшелон, немного подравшись друг с другом, понял, что реальные дела выгоднее решать полюбовно.
Еще одним завоеванием Майдана можно считать то, что Украина отстояла свою особость, получив право выбирать между евразийским ми европейским векторами, а не быть приговоренной к одному из них. НАТО и ЕС перестали быть далекими химерами и идеальными конструкциями. Но они не стали и пугалами, и фетишами. О членстве в Евросоюзе и Североатлантическом Альянсе стало возможным говорить в режиме реального времени. Возможности были упущены, наступило «евроразочарование», но потенциальная перспектива, которой у страны никогда бы не было без Майдана, остается. Украина стала ближе к Европе, которая, как ни крути, остается образцом демократии и источником признанной в мире политической традиции.
Достижением Майдана можно считать и реформирование партийной системы в Украине. Оказалось, что решать дела «чисто по-пацански» теперь уже нельзя. Для уровня государственного управления огромной европейской страной, где наличествуют целые регионы с принципиально иной мировоззренческой парадигмой, методы простых парней с Донбасса заведомо неприемлемы. ПР вынуждена была измениться. Пока этот процесс не завершен, и нынешний бой за власть становится для регионалов последней битвой в старом формате, со старым лидером и под старыми лозунгами. Но даже если этот лидер придет к власти, он не сможет заставить забыть Майдан, ревизовать его итоги, вычеркнуть его упоминание из учебников истории.
Наоборот, приход Януковича только обострит память о Майдане. Любые годовщины этого события станут выражением оппозиции и недоверия к нему. Стоит предпринять какие-либо шаги по идеологической ревизии и стирания памяти о Майдане, как это сразу же будет использовано оппозицией. Янукович всегда будет находиться под дамокловым мечем Майдана. И он об этом знает.
Все эти уроки не могут быть нивелированы даже апатией населения. Прививка от веры в Мессию получена. Но далеко еще не всеми. Количество тех, кто все еще свято верит в способность своего лидера решит проблемы страны (а главное — его личные) остается. Янукович, между прочим, даже пытается на таком факторе строить свою внешнюю информационную кампанию. Но теперь некоторая часть избирателей, в первую очередь, бело-синего колора, голосуют за Януковича не просто как за кандидата, а ради мести оранжевым. Когда месть не состоится – по понятными причинам договоренности между кланами, и президент Янукович окажется неспособным установить в стране диктатуру, а также «услышать каждого», у его сторонников начнет спадать мстительный накал страстей. Это будет процесс достаточно долгой переработки собственного сознания. Но он будет.
В Украине никогда не будет единовластного управления. В ней уже в ближайшее десятилетие должен появиться некий политик, не ассоциируемый полностью ни с востоком, не с западом. Для этого нам нужно было пережить не только Майдан, но и последующую апатию, и грядущий анти-Майдан. Только когда мы пройдем через все крайности, тогда страна сможет снова гордиться тем, что случилось в 2004 году. И Майдан вернется из задворок нашего сознания, куда мы поспешили стыдливо его упрятать. Майдан-2004 умер, но дело его живет. И даже грозит нас всех победить. Историю не перепишешь. Возврата на былые рельсы быть не может.
Леонид Макаров
Клименко відкрив в РНБО вже 118 посад, куди завів не тільки генералів поліції, а й ментів з 90-х - мабуть…
13/11 і вночі з 14 на 15/11 в терморі Румунії атаковано вже 4 судна в черзі на вхід до Дунаю.…
Просто злять очевидні помилки, які ми не здатні (або не хочемо) бачити. Новий Конгрес Штатів. Заступить через 51 день. Відкиньте…
Дрони Сил оборони України вранці 15 листопада атакували нафтохімічний завод у місті Нижньокамськ. Кадри з пожежею на заводі опублікував ресурс Exilenova+.…
В основному тезу, що НАБУ та САП послаблюють нашу переговорну позицію і навіть зривають мирний план Трампа використовують ті, кому…
Загальні бойові втрати противника від початку повномасштабного вторгнення станом на 15 листопада 2026 року Особовий склад: * близько 1 622…