Антон Орехъ : Не говорим по-русски — плевок дуплетом

В Таджикистане запретят русский язык для общения с органами государственной власти и управления, предприятиями и учреждениями. Кроме того, получить информацию и документы можно будет только на таджикском.
Как сообщают РИА «Новости», к принятию соответствующего закона о языке призвал президент Таджикистана Эмомали Рахмон в телевизионном обращении по случаю Дня языка.

До этого закон закреплял за русским языком в Таджикистане статус языка межнационального общения и давал каждому гражданину право самостоятельного выбора языка общения с органами власти и управления, с предприятиями и организациями.

***

Политики – люди чрезвычайно хитрые.
Что у нас на поверхности с этой инициативой многоуважаемого президента Рахмона? На поверхности наш русский язык, который этот противный Рахмон хочет запретить, и мы понимаем это как плевок в адрес всей России, как подлость и вероломство человека, который называл себя нашим другом, а свой Таджикистан позиционировал как союзника великой России.
И эту поганку коварный Рахмон затевает практически накануне визита в Таджикистан президента Медведева.
Это уже не плевок, а плевок дуплетом – верно?

А вот не спешите.
Очень может быть, что между инициативой Рахмона по языку и приездом Медведева самая прямая связь. И смысл вовсе не в том, чтобы ущемить русских.

С момента принятия закона о языке, то есть за 20 лет число русских в Таджикистане сократилось в шесть раз!
Там уже и ущемлять-то по большому счету некого. 60 тысяч осталось.
Но на планете Земля кроме таджиков и русских есть и другие народы. Русский – это язык не таджико-российского, а межнационального общения. Люди других национальностей тоже хорошо говорят по-русски и плохо говорят по-таджикски. И есть сильное подозрение, что речь идет конкретно об узбеках.

Узбеков в Таджикистане гораздо больше, чем русских – 900 тысяч, и их там вообще больше, чем кого бы то ни было, кроме таджиков.
И между Таджикистаном и Узбекистаном сейчас, насколько я понимаю, очень непростые отношения. Узбекистан для президента Рахмона – серьезнейший конкурент. Так что, вероятнее всего, история с языком – это удар по узбекам и узбекским интересам.

Но Рахмон рассчитывает, что в России такую тонкую игру поймут не все.
Возмутятся и настойчиво попросят сохранить за русским языком его нынешний статус языка межнационального общения. И мне кажется, президент Рахмон будет готов пойти на уступки. Но в обмен ему нужно, чтобы в схватке с узбеками мы его поддержали.

Кроме того, у Таджикистана с Россией есть большой энергетический проект.
Формально Медведев приедет в Душанбе, чтобы открыть новую ГЭС. Но платят таджики за электричество неаккуратно. И Рахмону надо уладить этот вопрос.

Ему надо уладить и вопрос с гастарбайтерами.
Потому что работа в России с одной стороны спасает Таджикистан от социального взрыва, а с другой стороны пополняет казну, за счет переводов денег из России на родину. В самом-то Таджикистане работы нет. А Россия ужесточает квоты на иностранную рабочую силу. И собирается ужесточить требования к иностранным рабочим на знание русского языка. Что будет, если таджики не попадут в Россию, а будут без дела маяться дома?

И вот если Медведев пообещает Рахмону некоторые послабления в отношении таджикских работяг, да еще закроет глаза на некоторые таджикские долги, да поможет в конкуренции с узбеками – вот тогда наш партнер и союзник Эмомали Рахмон, я думаю, согласится не обижать русский язык.