Прекратить шаманство над Конституцией!

 Сегодня о направлениях развития украинской политики дают представление не заседания парламента или правительства. Их роль на себя взяли телевизионные ток-шоу. И хотя там никто ни за что не отвечает, все же по многим высказываниям (отсеяв словесную шелуху) можно догадаться о намерениях дискутантов: откровенных или потаенных. Особенно интересными они кажутся в устах персонажей, которые должны были бы свои предложения излагать не только там.
Ведь в государстве есть специально отведенные для этого места, определенная процедура, а властные должности дискутантов вроде как и не для шоу: Президент, премьер, министры, депутаты, банкиры… Но так уж повелось — отведенные места либо пустуют, либо и там звучит эзопов язык, и любознательному обывателю тоже нужно напрягать воображение, чтобы понять, кто чего хочет.

А хотят они власти. Именно так можно обобщить большинство споров, поскольку очень редко в них звучит что-то конкретное о проблемах людей, обремененных кризисом, бесперспективностью и нестабильностью. Жажда власти составляет основу дискуссий. И это уже не шоу, это — по-настоящему, а значит, небезразлично для всех.

Каждый нормальный человек хотел бы, чтобы власти занимались насущными проблемами людей: безработицей, непомерными ценами, деградацией производства, морали, недоступностью образования, медицины… Чтобы не мирились с коррупцией, взяточничеством, невозможностью защитить конституционные права граждан. "Кругом неправда і неволя…" — словно о нынешнем времени писал Кобзарь. И к чему бы это? Ведь мы "у своїй хаті".

Очевидно, что-то не так в нашем доме. Однако вместо того чтобы наводить порядок, "старшие" по дому погрязли в ссорах. От этой бесконечной кутерьмы, глядишь, и "хата", то есть государство, развалится. Что "старших" менять следует — это уже все поняли. Замена будет, но что и как "новые" будут делать, стоит подумать.

Что мешает украинским властям быть эффективными? Из многочисленных шоу можно понять: мешают Конституция и система государственного управления. По словам Президента, внесенные в 2004 году изменения в Основной Закон — причина всех бед. Значит, до них все было в порядке? Почему же тогда люди выходили на Майдан и майданы, если существовала желанная теперь для Ющенко и высоко оцененная международными экспертами Конституция Украины? Да и сам новый Президент пользовался ею более полутора лет. Только, как всегда, толку не было, а на обещанном им согласии был поставлен крест коррупционным скандалом и отставкой правительства. Это произошло всего через восемь месяцев после "победы оранжевой революции" (так сами герои перемен окрестили то, что сделали, оставив на Майдане ценности, которыми уже и не клянутся, — устали лукавить).

Мешает Конституция также премьеру и ее команде. Не такой она видится и оппозиции, или тем, кто ею называется. Возможно, им всем стоит прислушаться к предыдущему президенту (похоже, впервые цитирую его положительно): "Не Конституция или законы виноваты, а те, кто их не придерживается…", "Украине необходима парламентско-президентская форма правления". Прав Кучма, было бы так, как он теперь говорит, может, не произошло бы при его правлении грабительства вместо приватизации, не было бы разрушения села, бездны между состояниями немногих и бедностью большинства. А примеров того, что Конституция сегодня нарушается тупо и бесцеремонно, — множество. Часть их можно прочитать в представлении коммунистов на импичмент Ющенко. Импичмента не будет — до демократии мы еще не доросли, но фиксирование объективных оснований есть, оно когда-то понадобится.

Снова в эфир выплескиваются выдумки о том, что изменения к Основному Закону "писались на колене", что за них "голосовали руками и ногами", что "над ними никто не работал", а согласились вносить — "чтобы не пролилась кровь". Все эти аргументы — от лукавого. Изменения готовились более четырех лет представителями всех фракций. Свидетельствую об этом как сопредседатель временной специальной комиссии. Некоторая неуместность в изменениях действительно есть. Например, норма о двухканальном порядке формирования исполнительной власти, при котором президент вносит на утверждение парламента кандидатуры двух министров. Он же назначает председателей государственных администраций по представлению Кабмина. Эти поправки внесли перед окончательным голосованием сторонники Ющенко по его настоянию. Он же, начиная с 2002 года, вместе с другими тогдашними оппозиционерами подписал несколько документов о реформе системы власти, аналогичные по своему содержанию той реформе, которая сегодня критикуется. Голосовали так, как предусмотрено Регламентом (председатель Верховной Рады Владимир Литвин может подтвердить), правда, в пакете с сомнительным законом, который позволял Ющенко стать Президентом. Сам он теперь говорит, что не голосовал, а ранее официально подтверждал, что голосовал. Правда, вроде бы "кнопка не сработала". Когда он говорит неправду — известно только ему, хоть главе государства так делать не годится. Не голосовала и не поддерживала изменений Тимошенко со своей фракцией. Она надеялась стать президентом с безграничными и неподконтрольными полномочиями, которыми на практике овладел Кучма, тоже вопреки Конституции. А что касается намеков на кровь, то это вообще нелепость: обязательство голосовать за изменения Ющенко подписал в нашем общем соглашении 6 ноября 2004 года, когда никакого напряжения еще не было. Правильность такого шага подтвердили и иностранные эксперты — Александр Квасьневский, Хавьер Солана и другие, когда изложили свое видение выхода из кризиса в соглашении, поддержанном и Виктором Ющенко.

Таким образом, изменения в Конституцию внесены сознательно, продуманно, при согласии большинства депутатов и по процедуре, предусмотренной в Основном Законе. Спекуляции относительно этого давно необходимо прекратить. А пример обязан показать Президент. Однако он раз за разом возвращается к данной теме, словно ищет оправдания или неумению, или нежеланию исполнять обязанности высшего должностного лица государства.

Значит ли сказанное, что в системе государственного управления все в порядке? Нет, конечно. Реформу нужно завершить, но этим никто не занимается. Речь идет, прежде всего, о втором ее этапе — о местной власти. Это шаг ответственный и сложный. Его логика изложена в проекте закона о внесении изменений в Конституцию, позитивные выводы относительно которого давно сделаны Конституционным судом. Закон планировалось одобрить осенью 2007 года. Подозреваю, что авантюра с досрочными выборами в парламент была затеяна именно для того, чтобы остановить реформу на полпути, не позволяя сделать сильными тысячи депутатов местных советов.

Надоедливая болтовня чиновников во власти о европейском выборе — забава для простаков. В Европе еще в средние века уровень администрирования был минимизирован. Есть самоуправление, при котором местные громады определяют, как им жить, распоряжаться общественным имуществом и ресурсами, заботиться об общественном порядке и благоустройстве, о развитии школ, больниц и других учреждений. С нашей недореформированной системой управления в Европу лезть не следует — мы там лишние.

На днях посетил несколько областей Западной Украины. В Снятине мне подарили фотоальбом Василия Пилипюка, подготовленный к 850-летию города. Открывает альбом панорама Снятина. Он ничем не уступает подобным городкам Польши, Чехии, Испании. Правда, с высоты птичьего полета. А если опуститься на землю, видно прозу жизни современной украинской провинции. Разбитые дороги и тротуары; уникальная ратуша, встречающая свой сотый год неотремонтированной по причине нулевых субвенции из Киева. Такую же картину наблюдаем в Косове, Дубно, Литине, Коростене, Фастове, Нежине, Чуднове, Миргороде, Изюме, Каневе… Не случайно называю города красивые, с интересной историей, привлекательные для туристов. Их много в Украине.

Неужели Виталий Беца, снятинский председатель, не мог бы организовать превращение своего города в прикарпатские Карловы Вары, если бы у него и у городского совета были для этого возможности? Эти возможности — в полномочиях и ресурсах, в порядке формирования и расходования бюджета, во влиянии на производственную и деловую сферы, на расстановку кадров. Целых 15 лет продолжаем болтовню во власти о реформе бюджетного и налогового законодательства, о новых законах, касающихся сути самоуправления, распоряжения коммунальным имуществом и землей, об упрощении процедур для начала предпринимательской деятельности, развитии кооперации и арендных отношений. И… тупик. Почему? Потому что необходимые преобразования блокируются закостенелой, архаичной системой государственного управления. Она глушит, убивает инициативу громад, пытаясь выполнить разве что одну функцию — обеспечение "нужного" результата на выборах президента, поскольку он их единственный "начальник". Тот, который не может знать ни деловых качеств руководителей администраций, ни важных проблем территорий, ни путей их решения. Поскольку это невозможно охватить одному человеку, а потому огромная власть передается в руки его величеству чиновнику.

Еще хуже ситуация в районном и областном звеньях государственного управления. На пальцах можно пересчитать территориальные единицы, где председатели администрации и совета работают согласованно, не выясняя, кто старше по должности. А ответ прост: старше тот, кого избирает народ, а не тот, кого назначают "сверху".

Умышленно не упоминаю о сельских советах, о тысячах подвижников — сельских председателях. У них, кроме собственного авторитета, нет практически никаких возможностей идти навстречу нуждам своих избирателей, тем более что юрисдикция сельсоветов ограничивается лишь территорией сел. Зря премьер призывает сельских председателей "стукнуть кулаком по столу чиновника"… Из этого только звук и останется. И еще очередной визит контрольного органа или прокурорского гонца.

Избыточная централизация власти, административная система — одна из причин коррупции, взяточничества, поборов. Эти язвы разъедают государственную систему, уничтожают остатки веры в справедливость. По сути, они — зло, которое необходимо наказывать по закону. Но в сто раз большим злом является приспособленность системы к хищению бюджетных средств. Идет ли речь о сборе налогов, возврате НДС или же о закупке медикаментов и других товаров для общественных нужд. Мне часто говорят: разве можно передавать власть нынешним местным советам? У них и опыта нет, а сколько известно фактов сговора, подкупа, особенно при выделении земель! Это так. Но так будет до тех пор, пока громада не начнет контролировать избирательные органы, своих выдвиженцев. А будет контролировать — значит, будет подбирать достойных представителей, способных что-то реально делать для своих громад. Сегодня избиратель не несет ответственности за свое голосование, потому что ему безразличны итоги выборов. Кто бы ни пришел в совет или исполком, он будет мало влиять на процессы: ни прав, ни возможностей у него нет. А когда такие права и возможности появятся, вот тогда избиратель станет думать, кого стоит поддержать. Изменение психологии избирателя, превращение его в гражданина — один из важнейших результатов децентрализации власти, повышения роли и статуса местного самоуправления.

Переход власти под контроль граждан содействует решению еще одной важной задачи. Речь идет о разграничении бизнеса и власти. Чем больше концентрация власти, чем больше ресурсов и бюджетных потоков сосредоточиваются в структурах управления, тем привлекательнее эти структуры будут для бизнесменов. Примитивные аргументы о попытке деловых людей прикрыть депутатской неприкосновенностью свой бизнес — демагогия и фиглярство перед доверчивым обывателем. У нас, скажем, четыреста бизнесменов пользуются иммунитетом. А сколько их в Украине? Почему же отсутствие у остальных неприкосновенности не ставит их перед правосудием? Так, возможно, они не преступники? Возможно, иммунитет им ни к чему? Возможно, контрольные, фискальные и другие государственные органы, в т.ч. местные — нездоровы? Бизнесмен стремится к власти, поскольку она в условиях централизации и, соответственно, администрирования — инструмент для удовлетворения собственных или корпоративных интересов. Его стремление к власти тем и объясняется, а рассредоточение и подконтрольность власти делает ее непривлекательной для бизнеса. Зато тогда она лучше служит людям и государству.

Другое средство разграничения бизнеса и власти — выборы с открытыми партийными списками. Социалисты еще семь лет назад разработали соответствующий проект закона. Нас тогда никто не поддержал. Теперь каждая фракция на свой манер дружно агитирует за принятие подобного закона. Складывается впечатление, что в этом всеобщем хоре доминирует нота неприятия открытых партийных списков. В этом случае, возможно, Президенту стоит подать свой проект. Пусть парламент продемонстрирует преданность основам демократии. Могу предложить простую и надежную концепцию такого закона, которая разослана депутатам несколько месяцев назад. Ее суть в следующем: партия (блок) выдвигает 450 кандидатов, которые закрепляются съездами за конкретными округами и ведут там агитацию. Депутатами (в пределах общей полученной партией квоты) становятся те, кто собрал в поддержку партии наибольшее количество голосов избирателей, независимо от номера в списке кандидатов. Это меняет механизм выборов, делает прозрачным для избирателя бюллетень из 20—25 фамилий, проводит в парламент людей, которые действительно пользуются доверием граждан и будут им подотчетны. С другой стороны — это объективный и естественный способ смены политических элит, их обновления.

Все, что здесь предлагается, не нуждается в радикальных конституционных изменениях, а требует лишь завершения давно начатой процедуры. Почему же тогда так часто звучит с экрана очередное предложение о конституционной реформе? Одному нужен двухпалатный парламент. Другому — реальная власть у Президента, чтобы он "не только награды раздавал и иногда пользовался правом вето". Третьим хочется выборы президента провести в парламенте и ограничить его полномочия. Четвертому видится Основной Закон с излишне детализированным порядком осуществления власти. Пятому хочется гетманства, но чтобы изменения в Конституцию народ вносил сам, на референдуме, под дирижирование назначенных поводырей. Закрывают глаза на статьи Основного Закона, где написано, когда и на каких основаниях проводится референдум.

А что от этих вариантов будут иметь народ и государство? Или же нация, как любит выражаться Ющенко, на свой манер формулируя давно известную дефиницию? Ведь за различными проектами просматривается индивидуальный интерес разработчика. Однако Конституция достигает своей цели тогда, когда во главу угла ставится интерес гражданина, общества и государства, то есть общий интерес, а не нужды отдельных институтов власти или должностного лица. Может, стоит прекратить ритуальные шаманские танцы и сопутствующие скандалы вокруг Основного Закона? Ведь он живой, действующий. Его, прежде всего, необходимо знать и безусловно придерживаться.

В итоге отмечу, что вместо излишних дискуссий необходимо сделать следующее:

— принять изменения к Конституции относительно местного самоуправления и судебной системы;

— принять почти три десятка законов, детализирующих суть изменений;

— срочно принять закон о выборах в парламент на основе открытых партийных списков;

— пересмотреть закон о местных выборах, ориентируясь в основном на мажоритарный принцип;

— законодательно урегулировать необходимость введения почасовой оплаты труда, вернуть земле конституционный статус общенародной собственности, усилить роль государства в улучшении благосостояния соотечественников;

— одобрить основы внутренней и внешней политики, чтобы страна развивалась в выбранном направлении и прекратились ссоры по поводу субъективного видения перспектив (НАТО, ЕС, единый экономический простор, язык, история, церковь, Черноморский флот).

Это программа действий для всех институтов власти, действий реальных и крайне необходимых. Они обеспечат ясность в политике. А ясность — гарантия стабильности, доверия людей к власти, обеспечения конституционных прав и свобод граждан и, понятное дело, обязательное условие преодоления существующего кризиса.

Те, кто осуществит такие шаги, войдут в историю как создатели государства. Это не пафосные слова, это констатация, назревшая необходимость, которую должны осознать и политики, и все граждане. Запаса времени практически не осталось. Нужно от шоу перейти к действиям, чтобы не опоздать навсегда.
Александр Мороз, председатель СПУ